— Лиса, такое невозможно! Я вызываю её на бой!
Лилит переглянулась со Стоуном. Потом девушка, опустившись на колено и покорно склонив голову, негромко произнесла:
— Шаман, вы разрешаете мне бой с Герой?
— Лилит, ты уже вне моего подчинения. Теперь этот вопрос ты можешь решить лишь с лордом Стоуном.
— Зачем вы передо мной ломаете комедию, вместо того, чтобы сразу согласиться с поражением? — снова возмутилась Лия.
Стоун с Лилит на некоторое время приняли облики кремников. Пообщавшись между собой на непонятном языке (даже наши уникальные способности не могли помочь в расшифровке языка кремников), они снова вернулись к человеческим обликам.
— Мать Триада, хотя я уже самостоятельная, но всё же прошу вашего разрешения на бой с Герой.
— Хорошо. Но только не применяй смертельных ударов, — Лилит согласно кивнула.
— Ах, Лилечка, Лилечка. Неужели ты уже чуйку потеряла? Мне жаль тебя. Считаешь, что против лома нет приёма. Есть приём — ещё больший лом, — она лишь смерила меня презрительным взглядом.
Начался бой. Лия моментально пошла в атаку. Но все её удары приходились в пустоту. Уже больше минуты ей не удавалось нанести ни единого удара. А Лилит лишь увиливала. Не помогло Лие замедление времени, не помогли огненные кандалы. Кстати, они себя неожиданно повели. При приближении к девушке, грозное оружие из колец превратилось в переливающуюся змейку. Эта огненная змейка вошла в тело Лилит и растворилась в ней. Впечатление такое, будто ей эти огненные кандалы добавили силы.
Не помог ни ледяной вихрь Турга, ни варкановские сети. А Лилит всё не атаковала, казалось, она ожидала разрешающую команду. А я всё не мог понять, как девушка будет наносить удары голыми руками или ногами по броне Лии. Ведь она почему-то дралась без брони. Краем глаза заметил лёгкий кивок Стона. В тот же момент Лилит развела руки в стороны. Между её руками оказалась скакалка, но скакалка огненная. Взмахнув этой «скакалкой», она мгновенно перерезала Лие обе ноги. Притом скорость движения оказалась такой огромной, что никто из нас не успел проследить.
— Поражение? — участливо поинтересовалась девушка у Лии.
— Признаю́, — превозмогая боль, произнесла Лия. А Лилит со Стоуном бросились к Лие и через пару мгновений отрезанные голени были приживлены и произведено лечение.
— Очень неожиданно. Лилит, примите мои чистосердечные поздравления, — опустился перед девушкой Лич. Уж он-то по достоинству оценил рукопашный бой. Лилит мгновенно с помощью телекинеза подняла в воздух Лича.
— Простите, Учитель Лич, это я должна перед вами преклоняться.
— Учтивая речь и благородное сердце. Не знаю, чем вы не угодили Триаде, но я вами восхищён. Чувствую, что и я вам бы проиграл в рукопашном бою, — не унимался Лич.
— А я тысячи лет восхищаюсь, тем, как вы дрались, — вклинился кремник, обращаясь к Личу, — хотя я все эти годы считал, что вы не выжили.
— Где я дрался? — удивлённо поинтересовался Лич.
— С легионами чужаков-энергиков, проникших к нам через портал.
— Да. Было дело. Но меня вернули к жизни девочки нашей команды. Хотя я не понимаю, откуда вам это известно?
— Это мы под командованием генерала Хруста прилетели на выручку. Я тогда был первым замом генерала. И своим кораблём много уничтожил чужаков.
— Хотя и прошли уже тысячелетия после того тяжелейшего боя, но я благодарен вам и генералу Хрусту за неоценимую помощь, — громыхнул Драго, от переизбытка эмоций принявший облик дракона, но сразу же вернулся к человеческому облику.
— Смотрю у нас начинается вечер воспоминаний, — подал голос Вис, — почему бы нам не продолжить его на Земле? В более тёплой и дружественной обстановке. Надеюсь, Гера не имеет претензий к Лилит?
— Вис, я проиграла, но даже рада этому. Претензий к Лилит нет. Так может нам действительно сейчас всем мотнуться на Землю? Лорд Стоун, вы с Лилит поддержите нам компанию?
— Я за всю жизнь ни разу не участвовал в таком мероприятии. Согласен, если никто не возражает.
Никто не возражал. Вскоре мы оказались на нашем обычном месте. Лилит с кремником удивлённо наблюдали за нами. конечно, девушка бывала с молодёжью на пикниках, но то, как мы его организовывали и как слажено готовили, даже у неё вызывало неописуемое удивление. После того, как утолили голод, Лия достала из Кроноса неизменную гитару (хотя эта гитара изготовлена уже на борту Одиссея) и вручила мне.
— Лёш, спой что-нибудь из своего времени, но о нашей жизни, — Лия, как кошка нежно потёрлась об меня. Недолго думая, я начал почти цыганскую песню.
Жизнь ни на грош,
Как кувшин расколотый