- Все это страшный бред...
Ах, если б знала я, во что ввязалась...
Елеазар
Несколько дней живу как на пороховой бочке. Пытаюсь вернуть ее расположение, стелясь ковриком под ноги. Ноль внимания. Ужины и завтраки для нее нечто должное, мол живешь, отрабатывай. Ни тебе спасибо, ни благодарю.
Один плюс — ушлепок оказался нормальным парнем. И к тому же и не геем вовсе. Говорит, для бизнеса амплуа придумал. Девчонки прут наперебой. А ему язык поломать и задом повилять проще простого. Только девушку приходится скрывать. Она в день потопа опаздывала на работу, и забыла закрыть кран.
Две недели слишком долгий срок, без работы начинаю выть. Единственное развлечение — гонять в футбол во дворе со школьниками или смотреть, на пускающего по Лоле слюни, Дениса.
Лилит избегает меня, засиживается допоздна в институте. Понимаю, ей необходимо переварить случившееся. Но мне ее не хватает. Ужасно. Она дерганая в моем присутствии. А уж остаться наедине, подобно каторге. В последние несколько дней вообще пропадает вечерами с друзьями.
Я один... Кроме Дениса близких друзей здесь не осталось. А он окучивает Ло. Интересная выйдет парочка. Великан и Дюймовочка. Ден влюблен по уши в это жизнерадостное создание.
Медленно раскачиваясь на качелях, обвожу взглядом двор. На детской площадке играют и пищат дети. Старые сплетницы на лавочке обсуждают соседей по подъезду. Подростки в парке курят, прячась за деревьями и украдкой заглядывая во двор. Вот она русская бытность. Скучал ли я? Не знаю. Сейчас это наводит лишь невыносимую тоску. Не об этом ли говорил дядя? Я жалею? Не могу достаточно сосредоточиться и получить ответ.
Когда Лилит рядом — она заменяет все. Я не ощущаю щемящего чувства неуверенности, неправильности происходящего. Когда в моем графике дня появится работа, будет легче переносить это. Усталость от насыщенности тренировок повалит в сон и я отдохну.
Из подъезда выходит расфуфыренная особа, привлекая мой взгляд к себе. Раньше я бы клюнул. Она знает чего хочет, и знает чего хотят от нее. Все просто. Сейчас же — идеально выкрашенные брови, выгнутые дугой кажутся смешными. Глаза густо и ярко накрашены. Помада броская. Скучно и однообразно. Взгляд заинтересованно прошелся по мне, она успела развернуть корпус в моем направлении, как к подъезду подъехало авто ее ухажера. Не сегодня, ласточка... Никогда.
Шумная компания направляясь во двор делится на группы. Двое из них направляются к двери дома.
В цветастом, коротком и легком платье Лилит перебирает ногами по ступеням. Парень, следуя за ней, проводит доскональный осмотр ее прелестей и их вид сзади. Пора бы ей пересмотреть гардероб.
Кулаки сжимаются на поручнях качелей, сдерживая меня на месте. Вот они мило беседуют, улыбаются. Он тянется к ней и оставляет мимолетный поцелуй. С этого ракурса я не могу рассмотреть, чего на моей девочке коснулись его губы. Она машет ему рукой и скрывается за дверью.
Волна паники накрывает с головой. Ревность и злоба атакуют, затмевая рассудок. Когда у нее появился парень? Девочка не понимает кому она принадлежит? Необходима еще одна демонстрация? У Дима тайное свидание, Ло с Денисом. Мне никто не помешает. Даю ей пять минут.
Лилин
Жданов, на самом деле, оказался неплохим человеком. С ним интересно и приятно поговорить. А уж сколько информации из него удалось вытрясти для курсовой, взамен на россказни о Марине. Она прилежная девушка, то каким образом она связалась с отмороженным на всю голову Данилом — уму не постижимо. Уже несколько дней я и Марина проводим вечера в их компании. Отвлекаю себя от мыслей, озабоченных Азаром.
Убедившись, что дома одна — развалилась на диване в гостиной, снимая напряжение с усталых ног. Грохот входной двери оповестил о прибытии братца.
Не говоря ни слова этот пещерный житель подхватывает меня с дивана, ставя на ноги. И набрасывается на мои губы, в злом, удушающем поцелуе. Не теряя ни секунды просовывает руку в трусики, одержимо вгоняя в меня сразу два пальца. Сильная рука удерживает на месте пока он неистово целует губы, кусая до крови. Пальцы внизу, внутри не движутся, но я ярко ощущаю их присутствие. Они как наказание... Удерживают на месте, пока освободившейся рукой он растегивает свои джинсы.