Уже несколько часов я стою на обочине пустынного шоссе в ста двадцати километрах от города и обнадеживающие мысли, насчет завтрашнего дня, посещают все реже.
Машина заглохла, вместе с ней и мечты о прекрасно проведенном девичнике. Лютый холод пробрался в некогда теплое и уютное пространство автомобиля. Руки настолько окоченели, что пальцы перестали функционировать. Зубы стучат друг о друга, тело дрожит и ходит ходуном. Холод погружает организм в непрошенный сон.
Резкий свет фар и ощущение чего-то теплого на пальцах ожогом нарушают мертвецкий покой. Твердый голос человека, раздающий распоряжения, успокаивает. Глаза, обессиленные, снова закрываются.
- Не спи! – Приказ, произнесенный суровым голосом, возвращает в сознание. – Как тебя зовут? Давай же, говори со мной.
- Ива… М-мое имя, Ива.
- Хорошо, Ива. Я Захар. Сейчас мы тебя отогреем и ты расскажешь за каким хуем тебя понесло в такую погоду, ночью, кататься по лесной дороге.
- А тебя… К-куд-да несло? – Я обязана быть благодарной, но злость - единственное, на что сейчас меня хватает.
С трудом сдерживаю синхронный стук зубов. Ноги ломят. Снега еще нет, зима опаздывает. Но морозы, будь они не ладны, берут свое.
- Наглая, да? По - сему видно, тебя спасать! - Захар крупный и высокий парень. В кромешной темноте мне не удается разобрать лица. Но в отсвете огней машины виден его силуэт. – Давай, девочка, топай ножками. Быстрее придешь в чувства.- Он подталкивает меня в сторону большого автобуса. Их используют для дальних поездок. Они комфортабельны. И в них тепло. Помню, прошлым летом, с подругами ездили на таком в Крым. И там Лика познакомилась с Лешей. И у них завтра свадьба! Мое обморожение вряд ли сойдет за стоящую причину отсутствия на торжестве.
Удерживая одной ладонью мою талию, Захар помогает подняться по ступеням. Свет в салоне резко бьет в глаза и я, защищаясь, прикрываю их рукой. Следуя за мной, спасатель, нетерпеливо толкает дальше мое непослушное и закоченелое тело. Постепенно глаза адаптируются к искусственному, яркому и неприятному свету. Сквозь прищуренный взгляд, наконец, удается оглядеться.
Что за черт?
Автобус наполнен здоровыми мужиками. Лысые, бритые, с косичками, руки каждого покрыты страшными татуировками, у некоторых они есть и на лице. Человек двенадцать. Все угрожающего вида. И их глаза прикованы ко мне. Что происходит? В попытке бегства ожили ноги, и я пячусь назад.
- Милочка, не бойся. Мы спортсмены. Едем с соревнований. Никто не причинит тебя вреда. Видишь вон того парня, лысого? – Киваю, наблюдая за ним. – У него двое детей и жена ждет третьего. Не сегодня – завтра родит. Он всю дорогу трезвонит об этом, взволнованный чудак. И так, почти у всех. Тебе ничего не угрожает. Мы ехали домой, и увидели твою тачку. Решили помочь. На этом все. Пойдем лучше чаем тебя угощу. – Захар, как ребенку объясняет мне простые истины. А я не смею повернуться к нему лицом.
Он усаживает меня на сиденье у окна, оборачивая в теплый плед.
- Эм… Тебе лучше снять верхнюю одежду. Я понимаю, и так напугана видом. Но от нее все равно нет пользы. – Он прав, легкое пальто не спасает от озноба.
Он стоит в проходе, передо мной, когда я впервые смотрю на него. А он за моими трясущимися руками. Подцепляю пальцами берет и волосы каскадом выпадают из шапки. Взгляд Захара проследил за каждой ярко-белой прядью, пока длинными волнами они распадались по груди и плечам.
Захар красив, трехдневная щетина покрывает смуглое лицо, оттеняя глаза цвета арктического льда, в которых вижу белые изломы ледяных глыб – искристые и холодные. Волосы чернее черной ночи за окном, собраны в узел на затылке. Крепкая, хорошо сложенная фигура еле умещается в проход. Что они за спортсмены такие?
В тепле меня начинает колотить. Вымолвить хоть слово становится непосильной задачей. Он садится рядом.
- Послушай, прижмись ко мне. Будет теплее. Я ничего не сделаю. – Не представляю, каких трудов стоит нянчиться, здоровенному мужику с еле живой, отмороженной девушкой. – Невнятно киваю, конвульсивно содрогаясь от холода.
Захар обеими руками прижимает меня к крепкой, широкой груди. Я утыкаюсь носом ему в шею и вдыхаю терпкий, мускусно-цитрусовый запах, витающий вокруг.
Поверх плеча парня замечаю другой, заинтересованный, пылающий взгляд. Владелец его бесцеремонно шарит им по моему лицу, волосам и рукам, обвитым вокруг Захара. Всюду, что не скрыто пледом.