Если бы кто знал, как она скучала по своему прошлому счастью.
А ведь тогда, давно, она и счастьем его не считала. Просто буднями. И что, можно подумать, что не ссорилась она никогда с Максимом? Еще как ссорилась, однажды даже разводиться удумала. Глупость, конечно.
Максим был золотой, а ссоры — мелочью. Да если бы она знала, что такое может случиться, то и не ссорилась бы с ним никогда.
Не обращала бы на многое внимания, не раздражалась бы понапрасну, а каждую минуту, секунду бы ценила. И к подружкам бы от мужа не сбегала, а жила бы только ради него. Только ради него...
«Бы» мешает.
Почему всегда кажется, что лучшее всё впереди, что до этого лучшего еще идти и идти, а на самом деле оказывается, что прошел мимо самого-самого и не заметил, всё вперед смотрел, всё ждал чего-то, а остановиться и оценить настоящее времени не было, ведь всё вперед, всё куда-то, всё бы успеть...
А потом выясняется, что успевать уже нечего. И остается жить от и до. И влачить жалкое существование, в связи с тем, что всё, что могло случиться хорошего — уже никогда не случится. И единственное оставшееся счастье — сын.
Но ведь и он вырастет, и уйдет строить собственное счастье.
Что тогда? Смерть за уши не притянешь, она сама выбирает того, кто ей нужен. И высший суд не изменить, коррективы не внести, и ни апелляции не подать, ни прошения.
Вот так решили наказать её, и любовь отняли, да и жизнь саму тоже. Потому что то, как она живет — это не жизнь.
Еще свекровь давеча приходила, Яську привела. Выслушала про Валькины проблемы. Только плечами пожала. Да сказала, что все бабы — дуры. Только в толк никак не возьмет, рождаются они такими или становятся. И что надо делать, и как воспитывать дочерей, чтобы дурами они по жизни не были. Хотя от дур только дуры и получаются. А потом переключилась на Сергея, и лицо как будто солнцем озарилось.
Обаял он ее, как есть обаял.
И борщом она его накормила, и хлебную корочку он, как Максим, чесночком натирает, да хлебушек присаливает. Он у нее полдня почти провел. Розетку отремонтировал. Сушилку исправил, теперь стоит, не качается. Лампочки вкрутил в люстру.
Все говорила, что с руками парень и с головой. И дочка у него хорошая, и с Яськой они подружились. Только каждое слово кнутом ударяло по Ириному сердцу, оставляя гематомы. Потому что было правдой. Только правду эту Ира принять не могла, предательством была такая правда, подменой одного счастья другими отношениями — как допустить такое безобразие?!
Надо было рвать все тонкие нити, начинающие связывать ее и Сергея. Вот и пошла она этим заниматься — нити рвать.
Около кабинета стояла довольно долго. Всё не решалась войти, даже постучать рука не поднималась. Вот что она ему скажет? Не приставай ко мне? Так он не пристает.
Что есть между ними реального? Кроме того, что она себе напридумывала? Да ничего. Благодарность за подаренного котенка.
Починенный карниз? Яська на мотошоу?
Что? Пару раз ужинали вместе. Он приглашал её куда? Никуда. Ни одного настоящего свидания у них не было. И с самого первого совместного ужина они договорились, что у каждого своя личная жизнь. Или отсутствие личной жизни, но тоже врозь. Не вместе, не стараясь скрасить одиночество друг друга. Их жизни разные, связанные только одним фактором — черно-белым котенком. И всё! И всё! ВСЁ!
Ей стало невероятно хорошо, повода разговаривать с ним нет. Просто не о чем!!!
Зря пришла. Пора на обед, и девчонки ее уже в кафешке, наверно, ждут.
Она сама себе улыбнулась, развернулась и пошла в сторону лифта.
Душу отпустило, мысли приняли позитивный оттенок. Ира успокоилась. Просто вот так — в один момент успокоилась.
Она нажала кнопку лифта и ждала. Это же надо, сколько нервов потратила просто так! А причины-то и нет.
Глупая, глупая и всё! Это еще слова свекрови её шокировали. Она Сергея с Максимом сравнивала. Вот Ира и завелась. А свекровь понять тоже можно. К ней Сергей пришел, помог, и был как будто ... Ой, опять её не в ту сторону чего-то понесло.
Двери лифта раскрылись, она вошла и развернулась.
Перед ней стоял ОН.
— Добрый день, Ира. Ты к кому приходила?
— Сергей Николаевич, я просто...
Он улыбался.
— У тебя просто классная свекровь. Мне понравилась. Маму мою чем-то напомнила. Та тоже все ждала, когда я приду, починю, исправлю, просто посижу, поговорю. Не ценил... Теперь поздно.
— Вот это я понимаю...