Уговаривал бедняк жену, успокаивал: мол, в хорошее место волы попали, воздадут ему за них сторицею, может, с этих пор вся жизнь по-другому пойдет. А жена на него и не смотрит, знай воет да причитает. Не стало у бедняка мочи слушать ее причитанья, на ночь глядя отправился дворец короля закатной страны искать.
И ведь как ему повезло: совсем недалеко тот дворец оказался, одну только ночь и шел — к утру на место прибыл.
Заходит бедняк на дворцовый двор, а там королевич с волами-малютками забавляется, пахарям подражает — вроде бы по борозде идет, покрикивает.
Увидел мальчик бедняка, обрадовался, подбежал, за руку во дворец повел.
— Хорошо, что пришли, дядечка, уж я все про вас батюшке доложил. А вам вот что скажу: ничего у короля-батюшки не берите — просите одну только маленькую чудо-мельничку.
Вошел бедняк к королю: так, мол, и так, тех малюток-волов я хозяин.
— Ну, добрый человек, проси у меня что хочешь, — говорит король, — очень уж угодил ты моему сыну любимому.
Смотрит бедняк — на столе мельничка стоит. Маленькая совсем. Игрушечная.
«Эх, — думает бедняк, — хорошую же цену я за своих волов получу! Видно, королевич-малолеток, себе игрушку получивши, и меня вздумал игрушкою одарить. Что же, быть по сему, не хочу мальчика доброго огорчать».
— Ваше величество, — говорит бедняк королю, — мои волы маленькие совсем, большого подарка и не заслуживают. Довольно будет с меня этой вот мельнички.
Видели бы вы, как король побледнел, даже в лице переменился!
— Да ты не стесняйся, проси у меня чего хочешь, — говорит он бедняку, заикаясь, — все получишь, что унести сможешь. Только эту мельничку не проси.
«Э, а мельничка-то, видать, не игрушка, — думает бедняк, — ежели королю с ней расстаться — нож острый!»
А вслух говорит почтительно:
— Да неужто, великий король, я за двух моих замухрышек богатый подарок возьму! Нет, ничего мне не надо, ваше величество, кроме этой маленькой мельнички, — пусть и мои дети игрушкой потешатся.
Очень любил король своего сына единственного, из-за него и бедняка не захотел огорчить — отдал му мельничку.
Бедняк уже в дверях, а король кричит ему вслед:
— Слышишь, бедняк, тебе говорю: ежели, подумавши, поймешь, что продешевил, приноси мельничку назад, дам я тебе кое-что получше!
Во дворе королевич говорит бедняку:
— Хорошо вы сделали, дядечка, что мельничку взяли, ничего другого не взяли взамен.
— Ох, право, не знаю, маленький королевич, — не выдержал тут бедняк. — Прямо душа не на месте. Ну, как я жене на глаза покажусь? Уже вчера за то, что без волов домой воротился, она меня целый день поедом ела. Что ж теперь будет, когда заместо волов с игрушкой явлюсь?
— Не тужите, дядечка, смело домой ступайте. Знаю я, что говорю. Дома поставьте мельничку на стол и скажите: «Намели мне, чудо-мельничка, золотых монет да снеди всякой, жареного-пареного!» Увидите, она исполнит любое ваше желание, всего вам намелет, сколько потребуется. А потом ей скажите: «Достаточно, чудо-мельничка!» Она тотчас и остановится.
Обрадовался бедняк, поблагодарил королевича, мельничку под мышку и чуть не бегом домой припустился.
Бежит он, бежит по дороге, вдруг видит: навстречу ему что-то черное движется — туча не туча, а полнеба закрыто. Остановился бедняк, думает: что бы это такое было? А черная туча совсем уже близко. И чем же она оказалась, угадайте? Огромной-преогромной шляпой!
Едва разглядел бедняк человека под шляпой. Идет человек, ноги у него заплетаются, ослабел совсем, будто муха осенняя.
А у бедняка-то на душе радость, подходит он ближе, спрашивает шутливо:
— Эй, земляк, не тесна ли шляпа?
— Чем шутки шутить, — человек отвечает, — лучше бы хлеба кусочек подали. Три дня крошки во рту не было.
— Да я бы с радостью, — говорит бедняк, — только нет у меня ничего.
Вывернул карманы, показывает: пусто.
И тут его осенило: а чудо-мельничка на что? Вот сейчас и испытаем, правду ли королевич сказал? Поставил бедняк мельничку на землю, говорит тихонько:
— Ну-ка, чудо-мельничка, намели мне яств всяких, да не скупись!
Он и договорить не успел, а мельничка уже за работу принялась, колесики все закрутились, посыпались из нее дорогие кушанья, каких и король не едал. В один миг столько всего накрутила-навертела, что на целую деревню хватило бы. Бедняк испугался даже, закричал: