Вот только чтобы вспомнить, нужно время. Но как я не старалась, как не рылась в памяти, пока мы трое пытались хоть как-то укрыться и отбиться от напавшего на нас чудища, я так и не смогла найти хоть какое-то упоминание о подобном создании.
– Я вам вот что скажу, парни, – крикнула я в перерыве между полетами пивных и винных бочек, – что или я не добралась до книги, в которой упоминается подобное существо, либо Кикимора нам о нем не рассказала. Предположить, что оно не существует, было бы крайне глупо.
Кикимора – не метафора. Это наш преподаватель Расоведения.
Молоденькая кикимора, семь сотен лет всего, которую носило по всем уголочкам мира. Она побывала гостьей любой хоть сколько-нибудь цивилизованной расы. Мне думается, ее не сожгли-распилили-загрызли-утопили и еще как-то не уничтожили по той простой причине, что способному дематериализоваться существу ничего не страшно. Сама б так делала.
Когда не знаешь, как победить врага и что он вообще такое, остается только тактичное отступление. Желательно чтоб шаги этого отступления были большими и быстрыми.
Пока мы упражнялись в метании попавших под руку предметов, это нечто умудрилось очутиться уже возле лестницы, ведущей из подвала.
Переползло на щупальцах, что ли?
Так главный вход оказался заперт.
Но мы знали другой путь из любой комнаты в замке.
Каким именно образом, точнее, после какой именно проказы нам пришлось улепетывать, никто из нас не вспомнит. Суть в том, что мы смогли пробраться на потайную сторону замка, его тайные ходы, которые папуля старательно берег от нас в тайне.
Почему? Элементарно!
Как минимум чтобы мы не сбегали драться с упырями. И ловить русалок. И кататься на драконах. И дразнить великанов. И кидаться в леших шишками. И воровать у гномов металлы и камни. И перепрятывать горшочки с золотом лепреконов. И много еще чего тому подобного, из-за чего отцу приходилось выслушивать огромное количество жалоб на нас.
Такой же проход есть в подвале. Не то чтобы проход, скорее лаз метр на метр.
К счастью, лишними сантиметрами мы похвастаться не могли, хотя это и был самый последний писк моды. С тех пор, как к власти пришла Ведьма, всю величественность которой едва пропускали широченные центральные дворцовые ворота.
Скорее это даже эдакий экстренный спуск, поскольку прыгнувший туда спустя пару метров оказывался внизу, в области канализационных труб.
– Ребята, нам пора на черный выход, – крикнула я, – если, конечно, я могу вас оторвать от столь изысканного общества.
– Не до шуток, – рыкнул эльф, принимая на спину остатки дубовой бочки, – давай, я прикрываю.
Ход прятался под выдвижной панелью. Панель под гобеленом. Собственно, так мы и нашли его, кто ж в подвале вешает гобелены-то? Пред гобеленом мы свалили бочки, а на них поставили всякие стеклянные банки.
Бардак полный, который устроили мы, чтобы кому бы то ни было стало лень смотреть, что на стене под самим гобеленом. Тайны свои мы охраняли тщательно.
Любой вампир от мала до велика обладает ведовской силой.
Не такой, как ведьмаки и ведьмы: куда нам, рожами не вышли. Но все же зачастую весьма полезной. Как в данном случае, когда я одним движением руки сгребла и бочки, и гобелен, и даже само кольцо со стены, исполняющее роль ручки, в кучу. Резко выставив ладонь, я просто вынесла кусок плиты, который был этой самой дверью.
– Кэт, живее, он молиться собрался видимо, – поторопил меня Окстер.
– Собралось шутников на похороны, – буркнул Вел, пока я разворачивалась.
Чудище действительно исполняло странное действие. Подняло все щупальца вверх, закатило глазищи и начало вибрировать.
Выдохнув в три глотки одновременно «валим», мы нырнули в проход. Сзади послышался несколько обиженный рев и по нам прошлась волна ледяного воздуха, как бы наподдав вослед.
Летели мы неожиданно долго. Даже успели поудивляться. Особенно удивлялся Велеронд, на котором мы ехали. Эльф даже удумал жаловаться, но я ответила, что не моим голым брюхом обчесывать стены, а ведун у нас вообще тонкошкурый, зато его спина и не такое выдерживала.
На нашего эльфа как-то оборотень-медведь напасть удумал со спины. Вел чуть не истек кровью и остались глубокие шрамы, но это было после того, как он разрезал бедного мишку от паха до глотки.
Впрочем, оборотня так просто не убьешь. Зато хозяин трактира слег в целительной. Правильно, нечего постояльцев грабить, прикидываясь животным.