203
Пришло время подумать о себе всерьёз. Восемнадцать лет назад я
покинула родной дом. Видела Варшаву и Киев, Петербург, Штутгарт,
Париж. Жила при дворах больших и малых, Знала многих мужчин,
любила только одного… Страсть к приключениям удовлетворила пол-
ностью. Признаться, они мне изрядно надоели. Мне уже тридцать
четыре. Я ещё хороша, богата, принята в Высшем свете… Пора делать
последний выбор! Заводить семью, рожать детей, самой растить их.
Когда я была моложе, такой потребности не было.
Подумав и перебрав варианты, я решила, что лучше Адама мужа не
найти. Можно найти знатнее и богаче, да надёжней и преданней не
сыщешь. Из писем Анны я знала, что он всё ещё не женат. Проще всего
было дождаться его в Вильне. Русская армия не могла миновать этот
город.
И действительно, скоро пришли русские. Понимая, как много зависит
от первой встречи, я надумала встретиться с Адамом в костёле. Он
воспримет это как знак Божий… Начала регулярно ходить на службы в
костёлы Святого Петра и Святой Анны.
В воскресенье, во время мессы, мы встретились. Он стал генералом! Я
очень обрадовалась за него, хотя в то время его чин для меня ничего не
значил.
Так, наконец, я стала женой твоего деда.
***
Мы прожили вместе двадцать один год. Я родила и вырастила двух
сыновей, была счастлива, и Адам был счастлив со мною.
Очень долго я расплачивалась за опрометчивый шаг, сделанный
пятнадцатилетней девчонкой. Потратила немало лет, труда и таланта,
чтобы люди забыли об этой глупости.
Я стара и становлюсь резонёркой. Ужасно хочется надавать тебе сотню
советов, на все случаи жизни! Но это бесполезно. Ты их и читать не
станешь. Поэтому пишу тебе только три:
Никогда не торопись. Не спеши с решениями. Естественный ход
событий покажет себя, и нередко тебе не придётся и пальцем шевель-
нуть. Но приняв решение, действуй быстро и без колебаний.
Никогда и ничего у мужчин не проси и не требуй! Даже выполнив
нашу просьбу, они нам этого не прощают. Мужчина сам решит и сам
предложит. Наша забота – подвести его к тому решению, какого ты
хочешь. Этому приходится учиться. Учись.
Последнее. Будь внимательна к своим мужчинам. Не обижай их без
нужды. Заботься о них. Доброта и нежность вернутся к тебе сторицей.
Главное, внученька, маленькая моя Ева, будь настоящей женщиной и
будь счастлива!
204
Нефритовый колокольчик
Проснулся Яков Григорьевич в восемь. Полежал, потихоньку поднялся…
- Старость. Всю жизнь гордился тем, что жаворонок. Легко вскакивал до
шести, – подумал он. – Теперь не то. Всё таки мне уже 75…
Неторопливо умылся, убрал постель и пошел варить себе неизменную
овсянку. Самая полезная изо всех каш!
Пока он ещё работал и был известным хирургом, в доме хозяйничала
жена, Лёля. А он, торопливо позавтракав, спешил к себе в отделение,
оперировать.
Но в 67 лет, во время тяжелой операции, у него вдруг всё поплыло перед
глазами. С огромным трудом, усилием воли Яков заставил себя не упасть,
закончить операцию. На другой день написал заявление: - На пенсию!
Друзья уговаривали: - Не спеши! Ты ведь хирург от Бога! Останься кон-
сультантом.
Сидеть на вторых ролях в отделении, где больше тридцати лет он был
полным хозяином? Ни за что!
Занялся домом. Сам сделал ремонт, перетянул и отполировал мебель.
Яков Григорьевич умел всё. Золотые руки… А когда у Лёли случился
первый инсульт, на него легла вся работа по дому. И он тянул её.
Педантично, неспешно, не жалуясь…
Дочки купили ему хорошую стиральную машину. И ещё полы мыть он
очень не любил. Оля, старшая, договорилась с дворничихой, и та раз в
неделю устраивала в доме генеральную уборку. А с остальным справлялся
сам. И когда, после второго инсульта, Лёля совсем слегла, ухаживал за ней
сам. Дочери забегали вечерами, раз – два в неделю. Да ведь у них свои
семьи, свои заботы…
Почти два года, как умерла Лёля. Яков прописал к себе внучку,
Вареньку, и зажил один.
После завтрака – бритьё. Чего ради? Кто его видит? Привычно скорчил
себе в зеркало рожу: - Жив ещё, старый пёс? Скрипишь?
Сварил обед, прибрался… А потом сел писать «Мемуар», вспоминать
молодость…
- Может, внуки прочтут, - уговаривал он себя. – Ну, Варюха, наверное,
прочтёт. Всегда внимательна к деду. Остальным, небось, не до того.