в позе лотоса оставалось на земле, а дух почти слился с Великим Духом,
чей-то голос оторвал святого от вечного блаженства. Его звал любимый
младший брат святого, Сурен.
* Главная молитва буддистов: «О великий, сидящий в цветке лотоса».
212
- Брат! Помоги, – взывал Сурен. – Великая беда грозит нашему племени.
Из Китая идёт Богдыхан с огромной армией. Его солдаты не щадят ни
детей, ни женщин, ни стариков. Отряды разведчиков рыщут по горам и
ущельям и с собаками ищут тех, кто пытался спрятаться.
Ты святой человек, ты говоришь с Буддой! Князь Дорджи послал меня.
Если ты нам не поможешь, наш род погибнет, и всё наше племя пропадёт без
следа.
Задумался Эрден-лама, а потом сказал:
- Всей моей силы не хватит, чтобы остановить армию Богдыхана. Но я дам
тебе Нефритовый колокольчик и Хрустальный шар. Надеюсь, что они
укажут вам путь к спасению.
Запомни и передай Князю точно, не перепутай!
Ночью, когда взойдёт луна, один, в укрытом месте, пусть князь зажжет
семь светильников и между ними положит Хрустальный шар. Он должен
хорошо помолиться. И лишь тогда, когда в его душе останется только одна
мысль, одна забота, как спасти своих людей, пусть он семь раз позвонит в
Нефритовый колокольчик и семь раз прочтёт молитву: « Ом мани падме
хум». Если в его душе не останется никакой злобы, то в Хрустальном шаре
он увидит путь к спасению…
И ещё: скажи Князю: Колокольчик выручает человека из Великой беды
только один раз. А потом долгие годы копит силы, пока сможет выручить
другого человека…
Старый князь Дорджи всё сделал так, как наказал Эрден-лама. И увидел
в Хрустальном шаре знакомую долину в горах, где они летом пасли скот. Но
шар показал ему спрятанный вход в пещеру, которая вела к другой, скрытой
долине, где не ступала ещё нога человека.
Князь увёл своё племя туда, завалил камнями проход в пещере, и
солдаты Богдыхана не нашли их. Так спаслось племя Эрден-ламы.
***
Варя слушала гостя, затаив дыхание. Так хотелось поверить в чудо!
У них в доме царствовал упорный скептицизм, а экстрасенсов и
целителей не признавали. Дед всегда называл шарлатанами и Мессинга, и
Кашперовского.
Да и поход с подругой к известному экстрасенсу оставил гнусное впе-
чатление. Уж как этот барин красовался перед ними! Как выпендривался!
Деньги взял весьма солидные, а по существу не сказал ничего. Заверил
Варю, что Антон жив. Но она и так была в этом уверена.
Профессор Церен не был похож на шарлатана! Да и Нефритовый коло-
кольчик, вот он…
- Ну, что, тётя Вера, – робко спросила Варя. Та обняла её и прижала к
своей мощной груди:
- А чем мы рискуем? Давай свечи!
В ящике стола нашли три свечи. Церен разрезал каждую пополам. А
седьмую Вера Николаевна принесла из серванта: толстую, подарочную.
213
И вот на кухонном столе горят кругом семь свечей, в середине мерцает
хрустальный шар, а в руке Вари зажат нефритовый колокольчик. Вера
Николаевна и Церен вышли, и дверь закрыли. Можно начинать. Страшно!
Варя вспомнила своё знакомство с Антоном, на дне рождения у подруги.
Как он пошёл провожать её. Как, через пять дней, они катались на лодке в
парке. Яростно целовались в каком-то тёмном уголке. Где теперь её милый
Антошка?
Она качнула нефритовый колокольчик и удивилась его странному,
глуховатому звону. «Ом мани падме хум». Потом ещё раз, ещё… После
седьмого раза в шаре поплыли какие-то тени. Варя всматривалась до боли в
глазах. Какая-то тёмная комната. Нет, яма… На земле вповалку лежат и
спят люди. Вот один повернулся, сел. Антон!
Он посмотрел Вареньке прямо в лицо и тихо сказал:
- Я продан в рабство, в Ардебиль. Если сможешь, спаси!
В хрустале пошли молочные полосы. Картина исчезла.
***
Варя с трудом открыла дверь кухни. Вера Николаевна кинулась ей
навстречу, подхватила.
- Ну что?
Щелкнул замок на входной двери, и, складывая мокрый зонт, в комнату
вошла мама.
- У нас гости, – удивлённо сказала она. Увидела лицо Вари, и резко сме-
нила тон: - Доченька, что случилось?
Вареньку всю трясло. Прижавшись к плечу тёти Веры, запинаясь, она с
трудом рассказала, что увидела.
- Ардебиль, это где? Завтра я полечу туда…
- Ардебиль – город в Иране, на границе с Азербайджаном, – Ольга
Яковлевна говорила не громко, но решительно. – Без визы туда не пустят.
Утром соберём семейный совет, решим, что делать. Ты уже слетала в