узнал секреты у своих мастеров и прислал тебе...
***
Наутро войско Султана ушло. А Усто Керим остался.
Султан прожил еще 7 лет, выиграл две войны, и погиб на охоте от
клыков дикого кабана. После него царствовал Мирзо Саид. Но недолго.
Его отравили.
А что стало с Усто Керимом неизвестно. Историки помнят Султанов,
и не вспоминают горшечников.
Но говорят, что одна из его пра- правнучек стала женой самого
Хаджи Насреддина.
1.1.1980
62
Мастер Ганс
В тридесятом царстве, в небольшом государстве, где правил герцог
Толстопуз ХХII, жил когда-то Мастер Ганс.
Был он пекарь, и не было ему равного в целом свете. Хлеб Мастера
Ганса никогда не черствел. Булочки были такие нежные, что их всегда ели
без масла, чтобы не испортить вкус. А пирожки, торты, пирожные... С
каждым можно было язык проглотить.
Каждый день Мастер Ганс посылал в Герцогский дворец 100
пирожных и 10 тортов. А раз в год, в день рождения Герцога он пёк
гигантский торт — «Великий Герцог», такой огромный, что несли его во
дворец четверо рослых гвардейцев.
В большой пекарне Мастера на рыночной площади учились
мастерству и работали 12 подмастерьев. Ганс поднимался раньше всех в
городе, еще до рассвета. Тихонько напевая, сеял муку, месил и ставил
тесто. А двое дежурных подмастерьев разжигали огромную печь. К шести
утра из печи вынимали теплый пахучий хлеб, булки и булочки; и хозяйки
со всего города собирались к дверям пекарни. А Ганса уже ждала другая
работа...
***
Приехал однажды в гости к Герцогу из соседнего государства Король
Пиркошоль ХIII. Соседние Государи ненавидели этого злого и хитрого
старика. Всю жизнь он воевал с соседями. Иногда — удачно, чаще его
били. Но Пиркошоль был настолько зол и упрям, что даже поражения его
не вразумляли. Передохнет год — другой и опять лезет на кого-то.
Толстопуз ХХII до крайности боялся всякой войны, и поэтому
старался принять опасного соседа как можно лучше. День и ночь
трудились придворные повара, готовили большой пир. Герцог надеялся,
что за вкусным обедом гость станет добрее и подпишет договор «О
Вечном Мире и Дружбе».
Он, правда, забыл, что за свою жизнь Пиркошоль ХIII подписал 66
договоров «О Вечном Мире и Дружбе» — и все нарушил.
Сначала все шло хорошо. Гость с аппетитом ел все, что ему подавали:
паштет из соловьиных языков, огромную стерлядь из далекой Московии;
жареного быка, в котором был спрятан жареный баран, в баране — заяц, в
зайце — перепелка, а в перепелке грецкий орех, нафаршированный икрой.
Ел, пил, но ничего не хвалил и ничему не удивлялся.
— Это я едал... И это пробовал — дрянь!
— Ну а гуся с яблоками?
— Его я и пробовать не буду! Налей-ка мне еще мальвазии...
— Но есть у меня в Герцогстве такое чудо, какого Вы, Ваше Величество,
никогда не видели и не пробовали, — сказал Герцог Толстопуз.
— Чепуха! На своем веку я все испробовал...
— Ну а торт «Великий Герцог»?
63
— А что это такое?
— Это чудо! Такого Вы в жизни не видели и не пробовали! Завтра за
обедом Вы его отведаете... А тем временем наши Министры подготовят
договорчик о Мире и Дружбе... Хе-хе...
— Ну что ж, — сказал Пиркошоль, — Завтра, после обеда мы его
подпишем.
***
И через 20 минут в двери пекарни Мастера Ганса барабанил
Гофкурьер.
— Его Высочество изволило приказать тебе приготовить завтра к обеду
торт «Великий Герцог».
— Да что он, с ума сошел? — сказал Ганс, — Чтобы сделать «Великий
Герцог» нужно три дня!
— Знать ничего не знаю, — ответил Гофкурьер, — Но Господин Министр
Внутренних и Тайных Дел приказал сказать, что, ежели завтра к обеду
торт не будет готов, то к ужину тебе отрубят голову. Поторопись.
И уехал.
Задумался Ганс, как же быть? Ежели всю ночь не спать, да три дела
разом делать... Трудно. Да деться некуда...
— Эй, парни, — крикнул он подмастерьям, — Беда пришла. Требуют
завтра к обеду торт «Великий Герцог». А не успеем, так мне голову с
плеч. Спать нынче не придется.
Ну-ка, Франц, тащи лучшие, дубовые дрова, разжигай печь пожарче...
А ты, Михель, ставь сдобное тесто, ты, Пауль – слоеное, ты - Фриц,
песочное, ты, Жорж - миндальное; ты, Грегор, готовь крем... А ты, Петер,
ты самый младший; беги-ка в кофейню Шульмайера, да принеси три
кофейника самого лучшего, самого крепкого кофе, да чтоб без цикория!
И началась работа! В большой печи загудел огонь, мучная пыль