то шептала над ним, гладила, протирала мягкой тряпочкой. Потом зажгла на
столе две восковые свечи, поставила меж них зеркало, усадила внучку
напротив. Стала за плечом Мери Джейн:
- Смотри в зеркало. Не думай ни о чём. Просто жди.
Время шло. Тихо потрескивали свечи. От пристального вглядывания в
серую мглу у девушки слезились глаза. Бабка шептала ей:
- Терпи, внучка. Жди. Ответит…
Сжало виски, голова закружилась… - Сейчас я грохнусь в обморок, –
отчетливо подумала Мери Джейн. – Никогда в жизни не падала.
Очнулась на постели. На лбу – мокрое полотенце. Бабушка протягивала
ей чашку с травным отваром: - Глотни, девочка. Полегчает.
И впрямь, полегчало. Голова прошла. Внучка села на кровати: - Ну, что?
- Ответило зеркало. Всё так. Поедешь с принцем в мужском облике. Коли
сумеешь сохранить свою тайну до нужного времени, Фортуна тебе
улыбнётся… Будет Принц твой, хоть и не надолго… - Бабка вытерла со
щеки слезу и сказала звенящим голосом. - Вернёшься ты ко мне, вернёшь-
ся!!! Слава Пресвятой Деве! Может, и не одна… Ладно. Ложись ко спать.
Утром пойдём, глянем на твого Принца. Я только уберусь маленько.
Прибирая в доме, бабка ворчала: - Не ждала, не гадала, а беда-то вот она,
за углом. - и, изменив тон, уговаривала себя: - Неча зря Бога гневить!
Больше года прожила с внучкой, вот и радуйся, старая. Молодую девку к
бабкиному подолу не пришьёшь.
Утром старуха надела многорядные бусы - монисто, накинула на плечи
пёструю шаль.
– В чужой двор войду цыганкой. Да и тебе, девочка, не резон раньше
времени на глаза лезть. Оденься-ко парнем.
125
- Запросто! Я, бабушка, у Тони сколько раз парней играла. При моей-то
фигуре не сложно. Усы подклею, никто и не догадается. Ты мне только
волосы укороти.
- Жалко обрезать твои кудри. Да что делать…
В Тауэре Принца уже не было. Уехал во дворец герцога Йорка,
договариваться…
Мери Джейн заспешила туда же. – Посмотрю на невесту. Что за мымра?
- Ступай, – одобрила бабка. – Встретимся в трактире «Синий Петух». Да
ты держись в тени, в первые ряды не лезь. А я тут со слугами потолкую.
В трактир внучка пришла первой и долго ждала бабку на крылечке, пока
заметила пёструю шаль. Старуха тяжело уселась за стол, заказала кувшин
эля.
- Устала я. А Принц твой – неплохой сеньор. После смерти матери его
растил и учил брат прекрасной Элинор, Джек Гленмур. Ладно, выкладывай,
что ты узнала.
- Посмотрела я на эту фрю. Морда толстая, щёки со спины видно. Волосы
жидкие. Да Принц на неё и не глянул. Расшаркался, по провансальскому
обычаю, ручку поцеловал, да и засел с папашей. Долго они сидели, должно,
никак о приданом не могли сговориться. Говорят, Герцог – мужик прижи-
мистый. Недавно Принц вышел и поехал к себе.
- Принцам в жене не красота нужна, а выгода. Земли да знатное родство.
За той толстой Анной в приданое целое графство идёт. И род Йорков много
стоит.
Только пустое всё это. Свадьбы не будет. Прибыл гонец от Короля.
Срочно требует Принца во Францию. Завтра и отъезд.
- Как же так, – ахнула внучка. – Тогда и я за ним поеду!
Старуха не спеша допила эль.
– Придётся тебе помочь. Коли уж ты с принцем Ги связалась, то и езжай
вместе. Парень из тебя получился добрый. Поедешь в свите Принца.
Сумеешь в мужском обличьи до нужной поры спрятаться, не выдашь себя
раньше времени, может, и будет удача. Коли ж в тебе до поры девицу угля-
дят – добра не жди.
- Что ты, бабушка! Я себя не выдам! Да как же мне в свиту Принца
попасть?
- То моя забота. Пойдём домой, надо успеть пирог испечь, да послать
Питера к Франсуа, мажордому Принца с пирогом и жбаном доброго вина.
Скажет, дескать подарок от некой дамы, желающей остаться неизвестной. Да
и тебя в дорогу собрать надо. Времени мало.
Мери Джейн не спрашивала, зачем пирог и вино. Бабушка зря не скажет.
Пирог поспел уже к закату. Бабка торопила Питера, подробно объясняла,
как и кому… Потом занялась сборами. В сумку на широком ремне
укладывала склянки-баночки. Толковала внучке, какой эликсир от ран, какой
от воспалений, мази, капли от сердца, травки: - Запомнила? Не перепутай!
Будет твой Принц тяжко ранен в бою. Выходишь его, тогда и откройся…
Мне б тебя ещё годик поучить.
126
Утром поспешили в город. Но не в Тауэр. Бабка зашла в дом Абрахама
Луцато и вышла не скоро: - Достала, – она протянула Мери Джейн шелко-
вый лоскуток, исписанный странными буквами. – Рекомендательное письмо!