Вернувшись в бухту и бросив якоря, мы долго не могли разойтись. Мы хотели остаться на бриге. Мы слонялись по нему до ночи, а когда стемнело, выбрались на берег и развели костер. Денис играл на своей гитаре мелодию, которую я прежде не слышала, а парни, усталые, повзрослевшие, мечтательно рассматривали звезды. Сверкающая дорожка бежала от костра через выход из бухты к горизонту, и привлекательнее картины я раньше не видела. Если бы мне потом хотелось вспоминать свой бриг и свою команду, я, наверное, часто воскрешала бы в душе то первое, пронзительное и мощное ощущение единства людей, связанных общей любовью. Оно дорогого стоит.
— Уже поздно, — сказал Данька, не двигаясь с места, просто констатируя факт. — Дома кому-нибудь попадет.
— Ничего, — ответил Рустам. — Отовремся, как всегда.
Оказалось, что никто из мальчишек не посвятил в наши дела ни родителей, ни знакомых. Все решили, что им просто не поверят. Даже Лена, от которой Денис не посчитал нужным скрываться, никому ничего не сказала. Наверное, они были правы. Нам было достаточно друг друга.
IV
Еще трижды «Монт Роза» выходила в тренировочные рейсы, теперь уже под командованием Дениса. Море, ветер и паруса становились нам все более привычными. Плавание у близкого, хотя и, пора признаться, незнакомого, берега больше не вызывало острого восторга. А что касается меня…
Исполнение мечты принесло мне лишь краткосрочное чувство покоя. Уже следующим утром некая пружина внутри вновь туго закрутилась, и с этим не было смысла бороться. Меня непреодолимо тянуло туда, куда убегала сверкающая под звездным небом дорожка от костра. Я начала собираться, незаметно для самой себя. Так, я вдруг сказала бабушке — Маминой Маме, что Алешка по электронке прислал письмо из своего лагеря, в котором рассказал, что у них из отряда какую-то девочку родители забрали домой, и меня могут пригласить вместо нее. Прозвучало это правдоподобно, и бабушке новость понравилась. Я «перед отъездом» сделала дома генеральную уборку, спрятав на длительное хранение продукты и закрыв мебель от пыли, и серьезно обдумывала, что мне может понадобиться в пути, хотя на самом деле ничего брать из дома не хотелось. За уборкой меня застал Денис.
— Можно с тобой? — спросил он.
Я замерла и только в этот момент осознала, что собираюсь надолго уезжать. Уплывать. Уходить, ведь в море ходят…
И вспомнила, что «даже вдвоем очень сложно поднимать паруса и поворачивать реи».
— Конечно. Что ты скажешь родителям?
Он пожал плечами.
— Что-нибудь придумаю. Лене — правду. Парней берем всех?
На сей раз я пожала плечами. Нужна ли мне команда? Но парни — хорошие, им так нравится мой бриг, что жалко оставлять их за бортом.
— Предложи всем…
Следующим утром на берегу бухты собрались все. Для родителей, очевидно, был имитирован очередной поход клуба спортивного ориентирования, который тех ничуть не удивил: на мальчишках были туго уложенные рюкзаки. Семен, принявший на себя обязанности боцмана, и, по совместительству, кока, загодя распределил, кому и какие продукты, сковородки и кастрюли нужно было взять, и к часу отплытия выяснилось, что практически все мелочи учтены. Даже старая газовая плитка и баллоны с газом обосновались на камбузе, будто всегда там были.
До вечера мы проверяли снасти и устраивались: кому-то потребовался чайник, кто-то вспомнил, что в плавании жизненно необходимы спасательные круги…
Вечером «Монт Роза» вышла в море. Я подозревала, что Денис не зря дотянул до вечера. Штурману Володьке нужны были звезды. Я не считала необходимым вообще определять наше местоположение и маршрут, и в этом, конечно, сказалась моя на тот момент совершенно детская безбашенность: куда возвращаться-то я не подумала! Или интуитивно чувствовала, что возвращаться не придется. Вообще, как я поняла уже много позже, всем, что тогда со мной происходило, руководила именно интуиция, и не только моя.
Володька со своими картами расположился на юте. Его наблюдения сильно затянулись.
— Не вяжется? — с нескрываемым ехидством поинтересовался Денис.
— Угу, — буркнул в ответ Володька. — Звезды точно не наши.
— А чьи? — с плохо сдерживаемым восторгом спросил Ярик.
Володька долго сопел перед тем, как ответить.
— Другого полушария, — наконец ответил он задушенным голосом.
Денис понял его правильно и уточнил:
— Южного?
Он не удивлялся, и это ободрило штурмана.
— Ну, вроде как экватора. Мы в Индийском океане.
Денис круто повернулся ко мне.
— Просто махни рукой, куда плыть.