Вторжения бразильцев с юга, Рамон Меркадер* нисколько не опасался. Через джунгли можно было пройти всего двумя путями, а их сейчас контролировали двадцать батальонов советских бойцов спецназа, добровольцев из Четырнадцатой Ударной армии, «Десантной армии вторжения», или, как её ещё называли - «Армии Судного дня». Именно эта армия легендарного маршала Олешева должна была отомстить американцам за ядерный удар по территории Советского Союза. Она готовилась именно мстить, поэтому все бойцы проходили подготовку в том числе и в качестве диверсантов-одиночек. Это люди, которые годами выживали в палатках на суровых скалах Чукотки, готовящиеся устлать трупами и украсить руинами путь от Берингова пролива до Вашингтона и Нью-Йорка, что им какие-то там бразильцы? Забавная экзотика, не более того.
*Президент Карибской Федерации
Герой Советского Союза, уже почти что дважды лауреат Нобелевской премии по литературе* Эрнест Миллер Хемингуэй, для Социнтерновской молодёжи был пятидесятипятилетним старцем. Самым старым в отряде - Эль Вьехо. Для него эта война была уже четвёртой**. Четвёртой Мировой. Хемингуэй был самым влиятельным журналистом в мире, самым богатым писателем, с самыми большими в истории тиражами (за исключением авторов Ветхого и Нового Заветов, издававшихся сборником, под названием «Библия»), самым востребованным сценаристом, которому, кроме возможных проблем, уже вряд ли что-то добавит участие в четвёртой военной кампании, но соскочить с этой адреналиновой иглы он уже не мог. Для него было очень важно находиться в гуще эпохальных событий, видеть всё своими глазами, общаться с участниками, казалось, вот-вот ему откроется какая-то великая тайна, ради познания которой он и живёт.
*в 1953 за «Старик и море» (вместо мемуаров Черчилля), а в 1954 премию получит роман «Коммунист и романтик» про Че Гевару
**восемнадцатилетний Хемингуэй был тяжело ранен ещё в Первой Мировой, в Италии 8 июля 1918 года
Тревожные симптомы для пожилого и очень богатого человека, громко кричащие о психическом нездоровье, и Хемингуэй их отлично слышал. Он сознавал, что уже ненормальный, но при этом понимал, что обратной дороги уже нет. Как только закончится война, закончится и его жизнь, поэтому он и сидел сейчас в грязном баре без названия, провинциального мексиканского городишки Теуакана, левой рукой отгоняя мух от бокала с мерзкой текилой, а правой записывая свои мысли в блокнот. Разные мысли. Например: «Почему мухи атакуют бокал? Потому что эта текила – выдающееся дерьмо, даже в этом дерьмовом городишке. Если бы не мы, то тут так и жили бы до Конца Света. Бармен помесь свиньи и осла. Он и гадит, скорее всего не отходя, прямо под свою барную стойку».
- Гринго. – так Хемингуэя теперь называли только ветераны изначального батальона Социнтерна, а такой сейчас в их отряде был только один – подполковник МГБ СССР, Игнасио Луис Родригес Моралес. Первая нянька, первый учитель. Друг и брат, - Я надеюсь, ты это не пил? – подполковник Родригес запустил бокалом с дерьмовой текилой в свино-ослиного бармена, но тот чудом успел пригнуть голову.
«Начо ненавидит свино-ослов и целил прямо в голову, но у бармена оказалась отличная реакция. Видимо, часто в него бокалами кидают…» - записал в блокнот Хемингуэй и поднял голову.
- Конечно не пил, текила наверняка разбавлена мочой. А ты промахнулся, Начо. Стареешь.
- Было бы очень странно, если бы я молодел. Не нужно с умным видом декларировать очевидное, а то в памятник превратишься. Пойдём, Гринго.
- Не пойду. Я не твой подчинённый, а корреспондент «Правды», пишу отчёт, пока время есть. Вот только что про тебя написал.
- Не ври. Про меня тебе писать запрещено.
- В «Правду» запрещено, а в блокнот – нет. Когда тебе разрешат написать мемуары, ты наверняка напишешь, что попал в этого ишака, а я опровергну, если доживу. Ты с меня немало крови попил, хоть в старости отыграюсь. Я участвую в операции, запретить ты это не можешь, никаких новых доводов у тебя нет, а старые меня не убедили.
- Не очень-то и хотелось. Пойдём, тебе будет интересно. Там, от твоего приятеля О Лири, очень занимательный негр прибыл. Полковник ВВС США в отставке, Бенджамен Дэвис. Директор первой частной военной компании в новейшей истории, будет участвовать в нашей операции. Хочет оценить возможности геликоптеров в реальных боевых условиях. Первая современная частная военная компания, да ещё и с директором негром. Не знаю, разрешат ли тебе такое написать в «Правде», но пообщаться с этим чудом тебе наверняка будет интересно. Скажи спасибо заботливому Начо, расплатись с этой свиньёй и пойдём.