- Майкл чертовски удачлив, - прокомментировал Кларк, а перевела его реплику Елизавета, - его удача нам очень понадобится, планы то ведь грандиозные. Я поддерживаю этот выбор.
- Тоже поддерживаю, - кивнул Олешев, - социализм в Аляске состоялся благодаря ему. Не только ему, конечно, но его вклад самый большой.
- Поддерживаю, Майкл О Лири отличный организатор. Если бы не его старания, Мамаев курган строили бы ещё лет пять. Да и коммуны… Сколько он их построил? Тридцать, больше? – Рокоссовский посмотрел на Судоплатова, адресуя вопрос ему.
- Больше, уже сорок две, - ответил Павел Анатольевич, - так ведь и я не против. Заслуг у Майкла очень много, те же «МКА» и «ММЭФ» без него бы не состоялись, а ведь это сейчас очень полезные и важные институты. Только… Ладно, будет устав, появятся и конкретные вопросы. Пора, товарищи, господин и дама, праздник уже начинается, ждут только нас.
В марте 1958 года, в отделениях «Сбербанка» и «Филадельфия Траст Банка» по всему миру начали продаваться монеты номиналом в пятьдесят и двадцать далки. Золотые монеты, с никелевым ободом, продавались по цене текущего курса далки к рублю и прочим мировым валютам, поэтому спрос на них возник ажиотажный. Монеты ведь не инвестиционные, а расчётные, так что не беда, что золота в них на тридцать процентов меньше номинала, в Далкиленде их принимают в уплату за любые услуги и товары, в том числе и за золото в слитках.
Зато такие монеты приятно держать в руках – золото, есть золото, да и копить выгодно. В банках Далкиленда ставка отрицательная, а наличка не усыхает. Есть риск подвергнуться ограблению, но это такое… Жить вообще опасно.
«Сбербанк» и «Филадельфия Траст Банк» не только продавали монеты, но и изучали спрос, поэтому, когда первый тираж из пяти миллионов двадцаток и двух миллионов полтинников был раскуплен, в Центральный банк королевства Далкиленд поступил заказ уже на вдвое больший объём. С первого тиража ЦБ заработал почти пятьдесят миллионов далки (двести сорок миллионов рублей), если считать через золото, но и это не главное достижение.
В оборот вернулись девятьсот восемьдесят миллионов рублей, зависших в закромах и представляющих угрозу финансовой системе, теперь они снова в работе, а в закрома отправились очень дорогие сувениры. Сувениры, конечно, а что же это ещё? За пределами Далкиленда расчётным средством они не являются, а значит это товар. Продать сувенир, как и любой другой товар, можно, и даже цена на него может расти, особенно в условиях дефицита, но все рычаги управления этим рынком находятся в руках производителя. А производитель, в данном случае, не только объёмом производства может влиять – он ещё и определяет (назначает) саму цену на золото. В общем, натуральное «Поле чудес» из сказки «Золотой ключик, или приключения Буратино» Алексея Толстого. Надо бы Диснею заказать фильм, по этой замечательной сказке.
В апреле 1958 года, количество подданных Майкла Первого О Лири превысило отметку двести тысяч человек, из которых больше ста жили в Далки-Сити, теперь самом настоящем городе с собственным университетом, первый поток студентов в котором начнёт учиться в сентябре. Университет небольшой, всего четыре факультета – математический, механико-математический, физико-математический и физико-химический, рассчитан он на одновременное обучение всего тысячи четырёхсот человек, зато уровень ожидается очень высокий. Спортсменов и строителей в Далкиленд больше не привлекали, переключились на учёных и преподавателей. Лучших, естественно.
Лучших из тех, кого можно было сманить на новое место. Далкиленд уже давно не воспринимался в мире дырой на краю земли, в чём-то (например, в торговле золотом) он был этой Земли самым настоящим пупом, но новый университет с нуля… учёные люди очень консервативны и не всё можно решить деньгами. То есть, разумными деньгами, университет любой ценой был Майклу не нужен, студентов можно обучать и за границей.
Кроме университета, появилась в Далкиленде первая компания, производящая товар на экспорт. Специфический товар, но очень востребованный в мире – программы для ЭВМ. Мировой рынок электронно-вычислительных машин делили две фирмы-производителя – принадлежащий Майклу О Лири «Oleshev-City Electronics» и принадлежащий «Пенсильвания Инвест-Финанс Холдингу» «IBM», то есть, монополия в этом, стремительно растущем, секторе производства была полной, но в Республике Аляска никаких антимонопольных законов не существовало, поэтому всё честно, всё законно.