- Ладно, ребе, пожалуй - ты прав. Пойду прилягу. Может мне Австралия хоть приснится.
17 июля 1953 года. Дамаск. Столица Народной Арабской Республики. Ближневосточная конференция по преодолению кризиса колониального наследия.
Президент, созданной всего пять дней назад, Народной Арабской Республики, включившей в себя по итогам войны Киликию и юго-западную часть Ирака, генерал-лейтенант* Гамаль Абдель Насер, по традиционному праву хозяина мероприятия, еще накануне получил «Аудиенцию» у «Красного Императора», поэтому прозвучавшим словам Рокоссовского нисколько не удивился.
*в армии НАР были приняты Советские уставы и система званий, условно-боеспособным в ней считался один армейский корпус, поэтому и такое скромное звание
- Советское правительство признаёт Израиль ядерной державой, по факту честно взятых трофеев. Израиль ответственный международный игрок и наш надежный союзник. По окончании войны, мы планируем созвать конференцию о полном запрете ядерного, химического и прочих типов оружия массового поражения. Если решим запретить, и разоружиться, то это будет обязательным для всех – и для Израиля, и всех остальных, включая и СССР. Я думаю, к концу войны всем станет очевидно, что ядерное оружие – это оружие прежде всего против мирного населения, а потому очевидно является преступным по своей задумке. Уже доказано, что в армии атомной бомбой можно уничтожить дивизию, потеряв при этом две авиадивизии стратегических бомбардировщиков*, зато в городах она убивает сотни тысяч. Но, повторюсь, это вопрос будущего. Сегодня ядерный статус Израиля нами не оспаривается.
*здесь итого британской атаки на Рюген
Премьер-министр Ирана, Мохаммед Моссадык с трудом верил своим ушам.
- Вы сами, добровольно хотите разоружиться?
- Мы хотим добиться полного и всеобщего запрета на разработку и производство оружия массового поражения. Если добьемся – несомненно разоружимся и сами. Вы же видите, мы до сих пор этими средствами не воспользовались, и очень надеемся, что этого делать не придется.
Константин Константинович Рокоссовский глотнул водички и повернулся к Королю Саудовской Аравии. Абдул-Азиз Аль Сауд, до сих пор пытающийся делать вид, что сказанное его никак не касается, под взглядом «Красного Императора» невольно вздрогнул.
- Теперь по поводу ваших религиозных претензий, Ваше Величество. Израиль имеет полное суверенное право распоряжаться на своей территории культовыми постройками по собственному разумению. Они могли эти ваши Аль Аксу и Купол Скалы просто взорвать. И повторюсь – были бы в полном праве. Вместо этого они вам предложили вам За Свой Счет перенести их на новое место. Ваши попытки нагнетать обстановку из-за такой ерунды – считаем абсолютно неконструктивными и даже провокационными. Не нужна она вам – не нужно было поднимать и вопроса. Найдутся другие желающие, но это вы потом между собой обсудите, сегодняшней повестки это не касается. Мы здесь собрались серьезные вопросы решать, а начинать приходится со всякой ерунды. Итак господа, независимое государство Курдистан состоялось, а Турция и Ирак прекратили свое существование в качестве таковых. Турция может ещё и продолжит существование, в урезанных границах, а Ирак точно нет. Нам предстоит согласовать мирный обмен территориями и населением. Прошу высказываться, только по существу господа. Давайте по очереди.
Премьер-министр Израиля Моше Шарет был краток.
- На дополнительные территории мы не претендуем. Создание Курдистана поддерживаем.
Гамаль Абдель Насер особо растекаться тоже не стал.
- Курдистан есть – это уже факт. Вопрос не простой, но за счет Ирака и малых эмиратов Залива* его вполне возможно решить к всеобщему удовлетворению. Господин премьер-министр, - Насер повернулся к Шарету, - Хоть у нас и светское государство, но Аль Аксу мы примем с удовольствием и благодарностью. Прямо здесь, в Дамаске, и примем. А Купол Скалы в Каире, или Думьяте. Мы даже возьмем на себя половину расходов, я лично объявлю подписку на частные пожертвования. Если позволите, господа – один вопрос не в тему заседания. Господин Премьер-министр, почему так случилось, что с интервентами мы все вместе воевали, а трофеи достались только вам? Нет ли в этом высшей несправедливости, которую нужно немедленно исправить?