Настала очередь Олега замереть от шока. Охотник подавил желание выпустить когти и ударить первым. Перед ним впервые предстал носитель не паразитов, а хищников. Твари были настолько ненасытны, что не могли прокормиться за счёт эмоций одного человека. Раньше Олег встречал подонков, которые кормили своих червей за счёт страданий своих жертв: родных и близких, знакомых и просто случайно избитых, ограбленных, обманутых… Но вот эти существа из Скверны были рассчитаны на потребление боли в промышленных масштабах.
Линии вероятных будущих вокруг искривлялись от огромной массы энергии, к человеку притягивалась удача, успех за счёт других покалеченных им судеб. Он был паразитом мира.
Олег ощутил в себе кипящую ярость. Кот встал перед ним, выгнул спину и зашипел на червей. Этого хватило, чтобы они засуетились от испуга и быстро увели своего хозяина.
– Я бы хотел сразиться с этим, – прошептал Олег Коту.
– И снова отбиваться от толпы зомби? – ответил фамильяр голосом Блондинчика.
– И после всего этого занудой все называют меня.
Кот семенил впереди и не оборачивался.
– Слышишь, усатый? – Олег окликнул фамильяра, – А не слишком ли ты часто мне возражаешь для придуманного друга?
Кот не обернулся. Ведьмак подумал, что идёт за зверем, но сам даже не посмотрел на бирку с адресом. Он не остановился, а продолжил шагать, доверившись своему созданию. Ему казалось, что существо, готовое жертвовать собой ради него, не может завести не туда.
Вокруг были ряды обычных девятиэтажек. Деревья, лишённые листьев, инея, снега, выглядели скорбно. Людей на улице было не слишком много для Питера, но у Олега с непривычки закружилась голова. В прошлый свой приезд сюда охотник не обладал и десятой долей той чувствительности, что сейчас. Впервые он ощутил человеческую ауру ещё в школе. Разглядывая одноклассников на продлёнке, он заметил, что дети излучают красивое свечение, но у некоторых внутри существуют неприятные комки чего-то противоестественного. Олег старался не обращать внимания на это, ведь никто, кроме него не видел ничего подобного. Иногда в телевизоре показывали людей, которые рассказывали о магии, сглазах и порчах, но выглядели они сумасшедшими. Повзрослев, Олег научился постоянно блокировать «лишнее» в своём восприятии. Это было необходимо, чтобы не слететь с катушек, а главное, не выглядеть, как те люди в телевизоре. Теперь возросшая сила раскрашивала большой город хаосом цветных пятен.
Кот привёл к кирпичной пятиэтажке. Обычный дворик. От небольшой выбоины на асфальте кольнуло чувством схожим с ностальгией – в любом уголке страны почти возле каждого не элитного дома можно было найти подобное, если это только не была новостройка. Олег прочитал название улицы и номер здания, проходя мимо перегородивших дорогу бетонных блоков – жители устали от пробок у себя под носом каждый вечер и решили проблему, перекрыв въезд с одной стороны.
За железной дверью, открывшейся с помощью магнитного ключа, пахло подъездом, а не парадной. На первых двух этажах царил сумрак и тихий алкоголизм от безысходности. Кот пробежал этот отрезок, и Олег с облегчением вздохнул, увидев, что выше квартиры отделяются дорогим железом с не дешёвыми замками. Фамильяр остановился, принюхался.
– Нам сюда? – Олег сверил номер на бирке и вставил ключ в скважину. За спиной раздался лязг механизма и скрипучий голос:
– А вы новый жилец? – старушка высунула седую голову и внимательно разглядывала незнакомца.
– Видимо, – Олег улыбнулся, изображая дружелюбие, – Если не перепутал адрес.
Старушка была в целом нормальной, лишь одно тёмное пятно излишнего любопытства таращилось со лба третьим глазом, постоянно меняя форму.
– А вы с кем разговаривали?
– Да просто вслух, – ведьмак изобразил смущение, – Когда долго живёшь один, бывает такое.
– А, – старушка понимающе улыбнулась, а её лишний глаз быстро заморгал и вытянулся на стебельке, продолжая наблюдать, даже когда дверь закрылась, просочившись в замочную скважину.
Олег сделал шаг к твари и быстро взмахнул единственным когтём. Чернота забрызгала стену и быстро испарилась. Старушка громко ойкнула опёрлась о стену и просеменила в свою спальню. Ведьмак смотрел сквозь кирпичную кладку, словно через стекло и не отводил взгляд пока не убедился, что с бабулькой всё в порядке.