Цапа Цопик разгорячилась, раскраснелась. Очки на крючковатом носу покосились. Длинные острые пальцы сжались в кулачки.
Некоторое время гости сидели молча.
Наконец Толстая произнесла задумчиво:
— Да-а, сестрица, большие у вас планы! Широкий размах!
Ещё ни одна старая ведьма не решалась на такие дела. Это на до же! Уничтожить всех зверей и птиц! И людей перессорить меж собой!..
— Драка! Война! Кровь! Это прекрасно! — воскликнула Плоская. — Мы, старые ведьмы, об этом можем только мечтать!
— Но я, сестрицы, ещё не настоящая ведьма, — сказала Цапа Цопик. — Я только скромная колдунья… А уж если вы назначите меня ведьмой…
— Посмотрим, посмотрим, — сказала Толстая, прихлёбывая чай из блюдечка.
— Мы подумаем, — улыбнулась Плоская. — Мы решим!
— Завидую вам, сестрицы! — вздохнула Толстая. — У вас — кот, у неё — крокодил… А у меня — никого. Живу, как сирота, на болоте рядом с кикиморами. Был, правда, у меня один голодный шакал по имени «Сдох-пибидох»; из пустыни бандеролью прислали. Выл по ночам — заслушаешься!.. Скончался от недоедания… Раздобыли бы мне какого-нибудь волка, что ли? А уж я вам помогу — будете тогда настоящей ведьмой.
— Есть раздобыть волка! — Котькин неожиданно выскочил из клетки, прошагал по комнате на задних лапах и лихо козырнул Толстой. — Ждите-надейтесь! Обеспечим волком!
— Сам, что ли, будешь ловить? — усмехнулась Плоская.
— Так точно, сам! А хозяйка поможет…
— Но чтоб зубастый был, — сказала Толстая.
— Не извольте тревожиться! Волк по всей форме — четыре лапы, хвост и зубов полная пасть!
— Ну и кот! Молодчага! — похвалила Плоская. — Быть вам, сестрица, ведьмой!
— Быть! — утвердила Толстая.
Ушастая сова тихо проскрипела.
— Тебе чего? — спросила Цапа Цопик.
— Она говорит: «Кто сытенький — тому спатиньки!»— перевёл Котькин.
Часы пробили полночь.
— Быть вам, сестрица, большой ведьмой! — хором сказали Плоская и Толстая.
И исчезли. Не через дверь ушли, а просто растаяли в воздухе как дым.
«Пятая, волшебная»
— Ну, Аркадий! — Цапа Цопик пощекотала Котькина за ухом. — Обрадовал ты меня. Не зря гонялась за тобой. Кормить буду до отвала.
— Чем? — поинтересовался Котькин.
— Воробьями. Сотню воробьев поймаешь — один твой. Ешь досыта!
— Маловато, хозяйка. Хоть бы трёх выделила, а?
— Трёх не дам. А пару получишь.
— Вот и сговорились. Спасибочки!
— Но смотри: больше не удирать!
— Как можно, хозяйка! От вас разве удерёшь? Всё равно поймаете. Нет, я теперь буду жить в клетке: тепло и не дует. Из дому ни шагу!
— А волк?
— Что — волк?
— Ты же обещал изловить волка. Я должна подарить его толстой сестрице.
— Ах, волка изловить?.. Надо подумать.
— Ты же обещал, Аркадий!
— Мало ли что обещал! Сидя в клетке, волка не изловишь.
Волк в лесу проживает…
— А если я тебя отпущу в лес?
— Всё равно один я там ничего не сделаю. Нам с вами, хозайка, вдвоём нужно в лес подаваться.
— И как же мы будем ловить?.. Волк — ведь он кусается!
— А мы ему голову заморочим.
— Как так?
— Очень просто. Вот встретим мы волка. Поздороваемся. И начну я ему рассказывать сказку про Красную Шапочку. А вы, хозяйка, будете перед ним представлять то девочку, то бабушку. Как я скажу «Красная Шапочка» — вы сразу же в девочку обращайтесь, скажу «бабушка» — старушкой прикидывайтесь. От этих превращений голова у волка заморочится, упадёт он в обморок — тут мы его и свяжем.
— «Шапочка», «бабушка» — для меня это пара пустяков!
— Тогда давайте прорепетируем, — сказал Котькин. — Итак, я начинаю: «Жила-была Красная Шапочка»… Очень хорошо!.. «У неё была бабушка»… Отлично!.. «Однажды Шапочка…» Побыстрее превращайтесь в девчонку!., «…пошла в гости к бабушке…» Ещё быстрее!.. «Шапочка пошла к бабушке… а бабушка ждала Шапочку… Бабушка… Шапочка… Шапочка… Бабушка…»
— Я так быстро не могу! — сказала, запыхавшись, Цапа Цопик. — И пуговица оторвётся…