- Ну почему нельзя сделать так, чтобы всегда был закат? - задумчиво проговорила она. - Не люблю, когда все серое!
- Если хочешь, я могу отвести тебя туда, где закат не кончается никогда, - произнес рядом с ней тоненький мелодичный голосок.
Алиса опустила глаза и увидела на покрывале очаровательное крошечное существо. Как ни странно, появление миниатюрной дамы показалось ей совершенно естественным: ведь даже если что-то кажется нам совершенно невероятным, стоит ему случиться, и мы уже ничуть не удивляемся. Гостья была одета в белое платье с накидкой закатного багрянца, словно пренарядный цветочек душистого горошка, а на голове у нее был венок из переплетенных усиков вьюнка, скрепленных впереди маленьким золотым жучком.
- Извините, а вы - фея? - спросила Алиса.
- Фея. Ну что, хочешь пойти со мной к закату?
- Конечно, хочу!
Алиса хотела было встать, но обнаружила, что стала такой же маленькой, как и ее гостья. С квадратика стеганого покрывала спальня походила на огромный зал с расписным потолком. Алиса пошла навстречу фее, но тут же запнулась о бахрому шва, узором вьющегося по ткани. Фея взяла ее за руку и повела к дальнему краю кровати. Не успели они сделать и нескольких шагов, как Алиса увидела, что идет рядом с высокой, стройной дамой. Сама она тоже стала совсем как прежде, а бахрома покрывала оказалась кустиками дрока, ракитника и вереска на склоне холма.
- Где это мы? - спросила Алиса
- В пути, - ответила фея.
Ответ Алисе не понравился, и она сказала:
- Я хочу домой.
- Тогда всего хорошего! - ответила фея.
Алиса оглянулась. Вокруг них простиралась широкая холмистая долина. Невозможно было даже понять, как они сюда попали.
- Видно, мне придется и дальше идти с вами, - сказала она.
Они продолжали спускаться по холму и вскоре уже шли по чудеснейшей луговой траве. Рядом, подпрыгивая, бежал ручеек без русла и берегов, то петляя между стеблями, то подминая под себя траву. Звучал он до странности громко, особенно для такой маленькой струйки, бегущей по такому гладкому склону. Постепенно холм становился все покатее, а ручеек журчал все тише и разливался все шире. Наконец они очутились в роще длинных прямых тополей, растущих прямо из воды, потому что ручеек добежал до деревьев и разлился в озеро. Алиса подумала, что дальше идти некуда, но Душистый Горошек продолжала вести ее за собой, и они пошли прямо по воде. Было уже темно, но под водой все светилось бледным тихим светом. На пути им то и дело попадались глубокие омуты, но в них не было ни тины, ни лягушек, ни ящериц, ни угрей, а все дно без остатка было покрыто мягкой, ярко-зеленой травой. По краям омутов, под водой, росли первоцветы, фиалки и вероники. Какой бы цветок ни пришел Алисе на ум, как она, поискав глазами, тут же замечала его. Когда на пути им попадался омут, фея пускалась вплавь, и Алиса плыла рядом с нею, но, выбравшись, они оказывались совершенно сухими, хотя вода была восхитительно мокрая, как и полагается воде. Кроме деревьев из нее росли великолепные высокие лилии, шток-розы, ирисы, гладиолусы и много других цветов с прямыми, длинными стеблями. С каждого стебля и лепестка, с каждого прутика и усика то и дело срывались яркие капли. Копились они медленно, но стебельков, прутиков и усиков было так много, что вокруг по гладкой поверхности озера непрестанно раздавался мелодичный плеск алмазного дождя. Пока они шли, взошла луна, окинув все бледной дымкой света, и алмазные капли превратились в дрожащие жемчужины. Над верхушками деревьев засветились лунные нибмы, вода заснула, а цветам начали сниться сны.
- Смотри, - сказала фея, - вон те дремлющие лилии как раз снятся какому-то малышу. Я вижу, как они улыбаются. Здесь рождается все, что является ночью детям.
- Значит, это страна снов? - спросила Алиса?
- Если тебе так хочется, - ответила фея.
- А до дома отсюда далеко?
- Чем дальше идешь, тем ближе ты к дому.
С этими словами фея сорвала несколько маков и протянула их Алисе, а когда они подошли к следующему омуту, велела ей бросить цветы в воду. Алиса послушалась, а потом сама вошла в воду, опустила голову на цветы и тут же начала тонуть. Она опускалась все ниже и ниже, пока не обнаружила, что лежит в густой высокой траве на дне глубокого омута, с маками под головой. Сквозь толщу прозрачной воды она видела яркую луну, тоже сонную, и лишь легкие дождинки, капающие с высоких цветов по краям омута, нарушали ее покой. Она заснула, и всю ночь ей снился ее дом.