Пришла новая весна, и надумал Дровосек жениться. И, слава Богу, не было бы к тому никаких препятствий, ведь лицом и фигурой он был парень видный, работать умел и характером удался, какая бы девушка за него не пошла? Да вот беда, пошла бы любая и много вокруг было хороших девушек, но Дровосек полюбил девицу очень знатного рода и боялся, что не пара он ей будет при своей бедности. Она ведь не просто очень, а очень-очень знатного рода: королевская дочка.
"Вряд ли она согласится жить со мной в бедной хижине, — рассуждал Дровосек. — Да и мне во дворце делать нечего. Но ведь я без неё жить не могу, как же мне быть? Да меня в их дворец дальше порога не пустят! Эх, была — не была!"
И отправился Дровосек во дворец, завоёвывать сердце своей принцессы. И вот чудо, из всех претендентов, какие съехались изо всех стран во множестве, именно он больше всего пришёлся по сердцу королевской дочке. И уже назначили они день свадьбы.
Мария, будущая жена Дровосека, оказалась не похожей на всех принцесс и мечтала всегда жить в маленьком домике, а не в роскошном дворце. Даже свадьбу хотела сыграть в родном селении своего жениха и обвенчаться с ним в маленькой сельской церквушке, в которой как раз перед Пасхой обновили позолоту на куполе.
Всё бы хорошо, да не хотел Дровосек разочаровывать таких именитых гостей слишком скромным угощением и убранством своего дома.
"Последний раз пойду в лес, будь что будет, — твёрдо решил он. — Возьму денег, только чтобы на хорошую свадьбу хватило и на подарок невесте. В этот раз ничего уж не случится с вязанкой, я из леса прямо домой пойду, из рук золота не выпущу".
И с утра пораньше, как обычно, отправился Дровосек в лес. Даже топора с собой в этот раз не взял, пошёл прямиком на заветную поляну, взял остаток золота из дупла, набрал сухого хвороста и связал небольшую вязанку, чтобы надёжно золото в ней упрятать. Спустился с горы, вышел на дорогу к селению и никто ему на пути не встретился.
Вязанку Дровосек нёс в руках, держал крепко. Только один раз опустил на землю, остановился у колодца воды попить. Тут же тень какая-то на миг солнце закрыла, оглянулся Дровосек: оказалось, это пролетел низко над ним большой белый аист, который сидел над колодцем. Хотел Дровосек дальше идти со своей ценной ношей, хвать: а вязанки-то нет! Только далеко над деревьями мелькнула крылатая тень, и в лапах у этого аиста Дровосек увидел своё сокровище.
— Сам виноват, пожадничал, — усмехнулся он. — Такую маленькую вязанку взял, несколько прутиков, птица поднять смогла! Что же это за клад такой, Господи, если его взять нельзя? Да, ладно, жил я один без него, как-нибудь и с семьёй проживу, подумаешь!
Вернулся Дровосек домой ни с чем, а уже день свадьбы не за горами. Стали гости съезжаться.
Со стороны невесты много гостей и подарки богатые, да и со стороны жениха оказались не хуже. Позвал Дровосек в гости всех родных, односельчан и своего приятеля из города, с которым они обычно торговали вместе. Приятель приехал уже со своей невестой, тоже красавицей. Подарили они молодым полный набор дорогой посуды, самовар золочёный, сервиз чайный, расписной, в розочках, бесчисленное множество тарелок, супниц, соусников и ложечки серебряные.
— Откуда богатство такое? — удивился Дровосек. — Ты же со мной вровень работаешь, а семья у тебя хоть большая, да небогатая.
— А мы клад нашли, — широко ухмыльнулся приятель. — Ну, не совсем я, моя Настюшка. Помнишь бабку-то, которой я когда-то твою вязанку отдал. Да нет, не помнишь, конечно, давно было. Так вот, она не совсем мне чужая, а приятельница моей бабушки. И, представляешь, рассказала она, что ей из города внучку на попечение бросили. Они с девчонкой еле концы с концами сводили, говорит, как раз в тот день, когда мы на базаре встретились, внучка её болела сильно, в доме ни крошки еды не осталось и печку растопить нечем. Ну, говорит, подумала, что от голода они в одночасье, может, и не умрут, а замёрзнут точно, если дров не принесёт. Вот она у нас и купила. А потом, представляешь! В ту же ночь бабка эта клад нашла, прямо у себя в доме, вот чудо какое! Как это было Настюшка?
— Да не помню я, — смутилась девушка. — Я спала или в горячке была. Бабушка рассказывала, что как печку топить стала, а в огне — глядь — золото!
— Так вот стали старушка с внучкой жить-поживать безбедно, внучка выздоровела и к нам в гости приехала. А я, понимаешь, слышал, девочка, там девочка, они говорят. Думал — дитя, а ей уж восемнадцатый годок стукнул, и смотри, какая красавица, летом поженимся! — Друг Дровосека очень довольный нежно взял за локоть свою невесту.