Братья радовались возможности хоть часок-другой побыть дома, увидеть сестру, помочь ей на мельнице и отведать какого-нибудь домашнего угощения. Но сестру эти встречи радовали всё меньше. Ведь братья никогда не встречались друг с другом и не потому, что так выпадало, нет, они сами прилагали все усилия, чтобы случайно не встретиться лицом к лицу.
Ведь случилось так, что Старший брат пошёл воевать за одного господина, а Младший за другого, и теперь они сражались друг против друга, моля Бога, чтобы не позволил им встретиться на поле боя. Всякий раз, видя одного из братьев на мельнице, старшая сестра старалась убедить их, что не может быть праведной та война, в которой брат идёт против брата. Но братья упрямо не соглашались признать, что оба ошиблись и каждый считал другого предателем.
А войне конца-края не было видно.
Однажды сестра пошла на хитрость: послала голубя Старшему брату и сказала, что в четверг будет его ждать на мельнице. Брат ответил, что проберётся к дому в ту ночь. Но и Младший брат, по просьбе сестры обещал прийти в ту же ночь.
Помог Старший брат сестре на мельнице перенести тяжёлые мешки с мукой, а тут дверь открылась, и Младший пожаловал. Бросилась сестра его встречать, а юноши глядят в разные стороны, с ней разговаривают, как ни в чём не бывало, а друг друга словно не замечают. Как ни упрашивала их сестра, как ни уговаривала, ведь война идёт, и в другой раз могут уже и не встретиться, так и не подали друг другу руки родные братья. Холодно друг на друга взглянули, обняли сестру на прощанье и ушли прочь с мельницы в разные стороны.
Так прошло больше трёх лет.
Редко стали братья появляться на мельнице. Но, нет-нет, да и заглянут к сестре, убедившись, что никто их не видит и что нет им риска повстречаться в собственном доме.
— Как же не стыдно тебе, — говорила сестра Старшему брату, — ведь родные вы, одна у вас мать, один отец, и любили они вас одинаково. Неужели все годы прожитые вместе для вас ничего не значат?
— Для меня, лично, — отвечал Старший брат, — это были счастливые годы. И родителей я люблю, и тебя никогда не брошу, сама знаешь. Но я сражаюсь на правой стороне, а если другой сын моей матери против меня, то мне он не брат. Есть у меня сестра, но нет брата, так и запомни.
— Ну и дурачок ты, — качала головой сестра. — Он ведь тоже уверен, что сражается на правой стороне и тебе уступать не хочет. Ты ведь старший, будь немножко умнее! Сядьте вдвоём, поговорите спокойно, убедитесь, что нечего вам делить.
— Ни за что я с ним за один стол не сяду! Пора мне, рассвет скоро. Прощай, сестричка, себя береги.
В другой раз уговаривает сестра Младшего брата.
— Хоть ты меня послушай, братик. Что бы сказали отец и мать, увидев, как их сыновья ищут случая убить друг друга? Разве не были мы одной семьёй, разве не жили дружно и счастливо? А теперь вы не за своё, за чужое друг другу готовы глаза выцарапать. Сели бы, поговорили мирно, может быть…
— Сестричка, может быть, лучше тебе выйти замуж и своего мужа воспитывать вместо нас? — отвечал Младший брат. — Ты, случайно, не заметила, мы уже выросли! Я выбрал дорогу, по которой мне следовать, а если мой брат выбрал другую, это его беда, что не умеет он отличать правды от неправды.
— Ты будто умеешь! Вот скажи, чем ваши полководцы отличаются? Одинаково сеют вокруг смерть и вражду, разве не так?
— Тебе, женщине, этого не понять, — вздохнул Младший брат. — Ты мне тоже ответь, ты замуж не выходишь, чтобы муж не заставил тебя принять его сторону? Ведь сейчас нет вокруг молодых мужчин, которые бы не сражались в одной из армий.
— Да, представь себе! Я не хочу думать, что неправ только один из вас, потому что знаю: виноваты вы оба! Из нас троих никому не принесёт пользы эта война, чем бы она ни кончилась, но способна понять это почему-то только я одна!
— А ты выходи замуж за священника. Тогда твой муж тоже будет призывать к здравомыслию и прекращению раздоров.