— Разумеется, обещаю, — очень серьезно ответил сын.
Прошло ещё два месяца.
Одним дождливым холодным вечером в дверь богатого купеческого особняка постучался усталый путник. У него была длинная борода, выкрашенная в ужасно яркий рыжий цвет, как это принято у заморских купцов. Одет он был в странную восточную одежду, непривычную даже в этом приморском городе, где привыкли к самым разным гостям. Он попросил пристанища, и жена купца гостеприимно открыла ему двери своего дома. Разожгла огонь в камине, чтобы гость мог высушить одежду, и приказала подать самые лучшие кушанья.
Гость не назвал своего имени, только сказал, что он странствующий купец. Голос у него был старческий и совсем простуженный. Жена купца несколько раз с любопытством пыталась разглядеть получше его лицо, но он так низко склонял голову в пёстром тюрбане, что в вечернем полумраке ничего кроме бороды рассмотреть не удавалось. Гость, однако, вероятно видел в темноте лучше и не остался равнодушен к красоте гостеприимной хозяйки дома. Всё время пока они ужинали, гость не сводил с неё своих темных глаз под густыми бровями. А мальчик, сын хозяйки, так же пристально смотрел на него.
Когда окончили ужин, хозяйка велела принести арфу и стала играть и петь для гостя. Он только хмурился, и нельзя было понять, нравятся ли ему эти песни и прекрасный голос, что их поёт или же наводят печаль.
Наконец гость встал из-за стола, поблагодарил хозяйку и поцеловал ей руку.
— Не могли бы вы сказать мне хотя бы несколько слов наедине, — тихо, чтобы не слышали слуги, попросил он.
— Охотно, — кивнула жена купца и проводила гостя в соседнюю комнату, попросив подождать минутку.
Когда она снова вошла в комнату, гость с интересом осматривался по сторонам, разглядывая картины на стенах и всякие безделушки, привезенные прежним хозяином дома из разных далёких стран.
Твёрдым шагом, глядя прямо перед собой, женщина подошла к нему, открыла рот и надменно произнесла:
— Ты не мой муж, не хозяин эт…
Но гость вдруг неожиданно положил обе руки на её талию, что-то щёлкнуло, женщина покачнулась, видимо от неожиданности, и фраза оборвалась на полуслове.
— Довольно, красавица, — весело воскликнул он совсем другим голосом, низким и звучным, не таким, как говорил весь вечер. — Я-то хозяин этого дома, а вот ты — совсем не моя жена. Эй, жёнушка, дорогая моя, покажись!
Жена купца со смехом выскочила из-за портьеры, за которой она стояла и смотрела всю эту сцену и бросилась на шею мужу. Сын тоже поспешил обнять отца, а купец сбросил фальшивую бороду и закружил в крепких объятиях свою супругу и сына. Они так веселились, что нечаянно толкнули стоящую тут же куклу, точное подобие жены купца, наряженную в её платье. Кукла с грохотом упала, от падения включилась и заговорила слегка надтреснутым голосом:
— Хозяин этого дома… хозяин этого дома… хозяин этого дома…
— Вот видите, сломалась! — строго заметил мальчик, глядя на смеющихся родителей. — Как теперь будем встречать незваных гостей?
— Она больше нам не понадобится! — весело ответили его отец и мать. Хотя куклу им было жалко, особенно жене.
— Она была моей самой верной подружкой все эти годы, — сказала жена купца. — И правда не знаю, как бы я без неё обходилась!
— Ничего. Надо будет, починим. Но, надеюсь, она и правда нам больше не будет нужна. Как я рад, что вернулся домой, душа моя!
— А я-то как рада! Где же ты был так долго?!
— И я очень рад, отец, что ты дома, — заявил сын. — Теперь я сам смогу, наконец, пойти странствовать!
— Да, я вижу, ты мой настоящий сын и другой проверки не надо! — расхохотался купец. — Но, всё-таки, сколько тебе лет?
— Достаточно для мужчины, — солидно ответил мальчик. — Почти шесть!
Купец протянул руку и возложил её на голову сына.
— Я благословляю тебя, сын мой. И желаю тебе вырасти истинным сыном своей матери. Тогда Бог должен одарить тебя верным сердцем и редкостным хитроумием!
*****
"Это здорово, что всё так хорошо закончилось! Хитро было придумано, даже я сразу не догадалась в чём дело. А что было потом? Ведь сын купца вырос… Стал ли он таким уж хитроумным, как пожелал его отец?.. Ай, ты куда!.."
Веретено завертелось в воздухе так быстро, что у Люси закружилась голова. Ей казалось, что она летит куда-то в неведомую даль, совершенно неизвестно вверх или вниз и вообще в каком направлении. Она зажмурилась.