Сто пятьдесят лет назад он выиграл этот рудник в кости у какого-то глупого дракона, который, разумеется, рассчитывал съесть своего партнёра после игры. Но чародей оказался хитрее и сам избавился от дракона, заманив его в жерло действующего, но усыплённого заклятьем вулкана. И началась у общины подземных мастеров новая жизнь…
Невесёлые думы старейшины прервала вернувшаяся с раскопок бригада мастеров горного дела. Старейшина был слишком стар, чтобы самому продолжать работать на руднике или в мастерской украшений, но все находки и все готовые камни в оправе и без оправы всегда показывали ему. Старейшина был большим мастером и всегда мог дать ценный совет, как сделать природную красоту ещё ярче, соединив её с искусством человеческих рук.
Но, провожая взглядом готовые украшения, старейшина всегда был печален. Несмотря на свою мудрость и многовековой опыт, он не мог придумать, как избавить свой народ от власти злобного чародея. Уже столько лет ювелиры томятся под его властью…
Сегодня с утра всё шло как обычно, пока мысли старейшины не прервал гонец. Молодой гном, охранявший выход наружу под Серебряным дубом, примчался весьма взволнованный и рассказал, что в подземную галерею вошли двое молодых незнакомых людей, совсем не похожих на горных рабочих или на искателей клада.
— А кто с виду похож на искателя? — грустно заметил старейшина. — Самым заядлым искателям и авантюристам клады, как раз, редко даются в руки. Их может найти человек случайный, кто более всего нуждается в них, или даже ребёнок. Чистый сердцем, не знающий власти золота…
— О, старейшина, так это и есть почти дети! Юноша, правда, немного постарше, но девочке не больше двенадцати лет!
Глаза старейшины гномов, погасшие уже много лет назад, вспыхнули молодым огнём.
— Раз они не похожи на работников рудника, и на искателей кладов, значит, мы вовсе не обязаны докладывать хозяину об их появлении! — воскликнул он. — Беги же скорее, приведи их ко мне, и чтобы как можно меньше народу видело этих гостей!
— Все сейчас заняты на руднике и в мастерской, о, старейшина! Я мигом!
И гонец со всех ног кинулся выполнять поручение.
Тем временем, двое странников вошли в подземную галерею, увидели, что коридор заброшенной штольни расширяется в светлый просторный пещерный зал, и повсюду снуют туда-сюда низенькие человечки в старинной одежде горных мастеров, с лампами на поясах, с кирками, лопатами, тачками, полными разноцветных камней, только-только извлечённых из горной породы, необработанных, но уже драгоценных. В самом центре пещеры кипели котлы с плавящимся в них серебром, красным золотом, белым золотом, оловом, медью и платиной. В одном углу седобородые мастера сортировали новые партии добытых в подземельях камней, в другом шлифовальщики наводили на них грани и блеск, возле котлов на приставных лесенках стояли мастера с огромными ложками и разливали по формам расплавленные металлы, словно повара, готовящие обед великану. Работа кипела, и никто, казалось, не обращал внимания на незваных гостей.
— Кто эти люди? — шёпотом спросила Люся. — Думаешь, они всегда живут под землёй?
— Это настоящие гномы, — ответил ей умный ученик. — Подземные мастера.
— Откуда ты знаешь, что это гномы? Они не такого уж маленького роста, как я представляла.
— Знаю, потому что у них на ботинках разные пряжки. Одна золотая, а одна серебряная. Я видел такие в мастерской у волшебного сапожника, и даже сам начищал их. Такую обувь шьют специально для гномов. Ведь только гномы могут в полной темноте находить скрытые в земле драгоценности и отличать золото от серебра.
— А у них тут весело, — Люся оглядывалась по сторонам. — Я бы тоже хотела найти какие-нибудь сокровища.
— Ты забыла, что нас сюда привело кольцо. Надо узнать, не из их ли оно мастерской, и как его уничтожить.
— Давай спросим кого-нибудь.
— Кого? Все так заняты, неловко отрывать людей от работы.
— Добро пожаловать, дорогие гости! Попрошу вас следовать за мной как можно скорее. — Прямо перед Люсей и её спутником, откуда ни возьмись, вырос молодой гном в кожаном рабочем фартуке, как и все остальные, и в синем колпаке, лихо сдвинутом на ухо. — Я проведу вас к старейшине, — сказал он и таинственно прижал палец к губам. — Только, тс-с!.. Тише, не привлекайте внимания.