Добрый король удивился, сошёл с золотого седла и, оставив своего белого коня стражникам, прошёл сквозь толпу к самой бочке.
— Я узнаю тебя, шут, хотя прежде не видел, — сказал король. — Не ты ли Пакколь про которого говорят, что он не снимает шапки перед самыми могущественными вельможами и королями?
— А разве не говорят про королей, что они никогда не сойдут с коня ради того чтобы поговорить с ярмарочным шутом? — весело ответил Пакколь и соскочил с бочки на землю. — Тебя это правило не касается, Добрый король Старин, вот почему я приветствую тебя.
Толпа тут же огласилась приветственными криками. Горожанам было стыдно, что они не сразу заметили короля, которого очень любили.
Добрый король нисколько не рассердился. Его прозвали Добрым потому, что он и правда был добр.
Король предложил Пакколю идти жить к нему во дворец.
— А что ты можешь мне дать, чего у меня нет здесь, на улице? — спросил шут.
— Ничего, — ответил король. — Но ты мог бы дать мне совет, как лучше управлять этой страной. Так как ты умеешь различать людей, так не может никто в моём государстве. Мне нужна твоя помощь.
— Хорошо, — согласился Пакколь. — Я буду жить у тебя во дворце. Но кто же из нас тогда будет править?
— Тот, кто поедет сейчас на белом коне, в золотом седле, — быстро ответил Добрый король и махнул рукой стражникам, чтобы уводили коня.
А сам вместе с Пакколем пошёл во дворец пешком.
*****
У короля Старина была дочь — маленькая принцесса. Мать Принцессы давно умерла, и Добрый король сам воспитывал свою дочь. С таким отцом, как Добрый король, Принцесса росла доброй и милой, а с такой нянькой, как Пакколь, она стала очень умной и весёлой. Однако, пока росла — не обходилось без сложностей. А уж когда выросла — сложностей только прибавилось.
К примеру, как многие принцессы, дочь Доброго короля боялась мышей.
— Спасите меня! — кричала Принцесса, и все сбегались на её громкий крик.
Когда же сбегались, видели, что врагом, от которого надо защищать жизнь Принцессы, была крошечная серая мышка, случайно вышедшая погулять из своей тёмной норки.
Примерно на третий раз Пакколю надоело такое поведение его милой Принцессы.
— Чего ты боишься? — спросил он.
— Она такая ужасная, — дрожа, отвечала Принцесса.
— Кто? Вот эта маленькая зверушка? Ты обещаешь дать мне три золотых, если через минуту будешь бегать за ней по всей комнате, умирая от желания погладить эту самую мышку?
— Я дам тебе пять! И ещё поцелуй в придачу, — отвечала Принцесса. — Но это совсем невозможно.
— Ты думаешь? — Пакколь достал из кармана маленькую деревянную дудку: — Смотри, и готовь золотые.
Он присел возле норки и заиграл на дудочке весёленькую мелодию. Мышь вышла из норки, встала на задние лапки и стала плясать в такт музыке, выделывая смешные зигзаги хвостом.
Принцесса захлопала в ладоши:
— Ой, какая хорошенькая!
Она протянула руку, желая потрогать мышь.
Плясунья испуганно встала на все четыре лапки и юркнула в норку.
— Ой, жалко, — огорчилась Принцесса. — Пакколь, а пусть она опять выйдет.
— Что-что? — обернулся шут.
Принцесса шмыгнула носом и покраснела.
— Пусть она опять выйдет, — тихо повторила она.
— А где мои золотые? И поцелуй в придачу.
Принцесса поцеловала его, даже два раза. Пакколь великодушно разрешил ей оставить деньги себе, сказав, что он просто пошутил. Зато больше Принцесса совсем не боялась мышей и просила Пакколя ещё поиграть на дудочке. Часто она брала мышку к себе на ладонь, и та танцевала. Принцессе очень нравилось щекотание маленьких лапок, и она весело смеялась.
Однажды, когда в комнату Принцессы случайно вошла её тётка — вдовствующая герцогиня — она увидела, как пляшут в уголке сразу десять мышей, разбившись на пары, а Принцесса сидит на полу и с восторгом наблюдает за ними.
От этого зрелища тётка упала в обморок, а когда она снова пришла в себя, то Пакколь и Принцесса дружно уверяли, что ничего не было: мышиные танцы ей попросту показались. Вдовствующая герцогиня и рада была бы поверить этим словам, но глаза её маленькой племянницы так светились от смеха, что поверить было невозможно. Пакколь сохранял совершенно невозмутимый вид.