— Не слушай его, — она взяла из Ярилиных рук нить с оберегом и сама надела его Демке на шею.
Демка сдался.
— Спасибо, — улыбнулся он.
— Теперь мне немного спокойнее, — Ярило вздохнул, — я, честно говоря, боюсь за Стрибога… Как бы он не натворил каких бед от отчаянья.
— Стрибогу сейчас, наверно, очень плохо, — пропищал Лютик, — может, посидеть с ним, повеселить?
— Нет, дружочек, — грустно улыбнулся Ярило, — ему сейчас лучше одному… Мы же просто будем рядом, а коли позовет — откликнемся.
Демка поглядел на дверь «хибарки», за которой у постели Майи неотлучно сидел Стрибог…
…В теплой темноте «хибарке» мерцала одинокая свеча. Блики неяркого света мягко озаряли бледное лицо спящей Майи. Рядом с ней на краешке перины сидел Стрибог и гладил ее по мягким, темным волосам.
— Что ты сейчас видишь? — тихонечко шептал он, — по каким одной тебе известным тропкам идешь? Что видишь ты во сне, родная?..
Ответом ему было легкое, ровное дыхание. Стрибог тихонько коснулся кончиками пальцев Майиной щеки — прохладной и гладкой, поцеловал ее закрытые глаза…
— Маленькая моя, — шептал он, — ты ведь там сейчас совсем одна… Наверно, ты меня даже не услышишь… Не почувствуешь, как я сжимаю твою ладошку… Не узнаешь, что я здесь, совсем рядом с тобой.
По щеке Стрибога тихонько скользнула прозрачная, блеснувшая в блике света капля, но он поспешно стер ее тыльной стороной ладони.
— Я с тобой, родная, — проговорил он и крепче сжал в руках прохладную ладошку Майи, — мы достанем клад, отдадим его Сварогу… Ты вернешься… И пусть будет как прежде, неважно… Только бы ты была здесь, была моею…
… Наступила темная, звездная ночь. Путники, измученные долгим, хмурым днем, давно спали. Уснул даже Стрибог, сидя возле Майи. Не спалось только Демке и Лютику. Мальчик с мышонком на плече стоял возле борта и глядел на переливающиеся холодным светом далекие звезды.
— Как тихо, — прошептал он, — даже кажется, что я ее слышу…
— Кого? — настороженно пискнул Лютик.
— Тишину, — Демка глядел на черные силуэты громадин-деревьев и на темное, бесконечное небо над ними, — тишину…
— Тишину нельзя услышать, — Лютик потер лапкой мордочку, — я ее никогда не слышал…
— Может, просто не слушал? — задумчиво проговорил Демка.
— Может, — согласился Лютик и навострил ушки.
Кувшинка вдруг еле заметно вильнула. Вправо-влево, и курс вновь выровнялся…
— Что это? — тихонько пропищал Лютик.
— Похоже, руль плохо закреплен, — Демка осторожно направился на заднюю палубу, — надо бы проверить…
Он подошел к борту задней палубы и поглядел на большой хвостовой руль. Тот был закреплен намертво.
— Наверно, попали в стремнину, — Демка пожал плечами, — а может к нему что прицепилось?
С этими словами он подошел к самому борту и, слегка перегнувшись через него, принялся вглядываться в черную воду.
И тут Ведьмовка явила свое коварство. Течение вдруг стало неровное, словно река толкала корабль. Кувшинка, подхваченная течением, сильно дернулась. Демка пошатнулся и, почувствовав, что теряет равновесие, ухватился за борт. Но руки его скользнули по мокрой гладкой поверхности, и в следующий миг он очутился в воде!
Плавать Демка умел хорошо — любил реку с младенчества, и поэтому уже через мгновенье, отфыркиваясь, вынырнул из черной, как смоль, воды. Не успев еще опомниться, он услышал слева пронзительный крик:
— Спаси-и-и-ите!
Лютик! Демка, стараясь удерживаться на поверхности, протянул наугад руку и еле успел ухватить тонущего мышонка за тонкий, крошечный хвостик. Одним движеньем мальчик выдернул Лютика из водного плена и закинул его себе на макушку.
— Держись! — крикнул он.
Мышонок, отфыркиваясь, крепко ухватился за Демкины волосы. А Демка что есть силы закричал:
— Помогите! Помогите!
— Помоги-и-ите! — запищал Лютик…
Но ни звука не услыхали они в ответ. Друзья их не слышали, сморенные тяжелым, глубоким сном. «Кувшинка», погруженная в молчание, с каждой минутой уплывала все дальше и дальше…
Демка перестал кричать. Вскоре смолк и Лютик. Мальчик и мышонок беспомощно смотрели вслед уплывающему в ночь кораблю. А вокруг черной стеной обступал их ночной, молчаливый лес.
Глава 28. Друг познается в беде
Демка с Лютиком выбрались на ближний — левый — берег реки и сели отдышаться на траву. Угрюмый Ельник встречал их настороженным молчанием…
— Что же нам теперь делать? — Лютик растеряно поглядел на Демку.
Демка промолчал. Он и сам этого не знал. Ему вдруг стало очень страшно. Его бил озноб: может, от холодившей тело вымокшей одежды, а может — от ужасного чувства, что ты остался совсем один… Конечно, с ним был еще Лютик, но с ним Демка не мог поделиться своими страхами, наоборот, он старался скрывать их, чтобы не пугать малыша. Что же им теперь делать? Мышонок ждал ответа от него, от Демки… А что он может теперь ответить?