— Можно, я ему врежу? — умоляюще попросил Блайз, покачивая карабином.
То, как равнодушно толстяк говорил о судьбе девушек, окончательно взбесило клона, и теперь он мечтал об одном — увидеть, как этот жирный таунтаун будет визжать от ужаса и умолять о пощаде.
— Нет, — сержант заблокировал шлем. — Я доверю тебе его пристрелить. Но после того, как всё расскажет.
— И отдаст деньги?
— Да. — Чимбик вновь вернулся к пленному, явно озадаченному паузой в разговоре. — Так, рассказывай всё, что знаешь об этом Синдже. Количество охраны, любимые заведения, маршруты прогулок…. В общем, всё, что знаешь, от и до.
К разочарованию клонов рассказ получился коротким и малоинформативным. Контакты Бората с зайгеррианцем были исключительно деловыми, и ничего внятного тви'лекк не сообщил, разве что упомянул, что в поместье Варвина периодически проходят небольшие аукционы на штучный товар вроде хорошо обученных бойцов, слуг-компаньонов и наложниц. Цена за вход на такой аукцион немалая, но лоты, как правило, того стоят.
— И всё? — разочарованно произнёс Блайз. — Мало.
— Мало, — согласился Чимбик. — Борат, ты здорово подгадил Республике, а вину, судя по всему, загладить не хочешь. Значит так, пункт номер один: мы берём твой корабль в качестве временной базы. Давай, шлёпай, показывай, где что лежит, где какой тайник устроен. А, да, чтоб ты не рыпался, сообщаю — отказ считается предательством и карается простреленной конечностью. Усёк? По глазам вижу, что усёк. Пошёл, — и Чимбик сопроводил свои слова энергичным движением бластера.
Борат тяжело вздохнул — мол, подчиняюсь грубой силе — и с кислым видом «приступил к выполнению поставленной задачи», как сказали бы клоны. Под дулом бластера в нём проснулась удивительная добросовестность и небывалое желание сотрудничать с представителями Республики (будь они прокляты, ситховы грабители), а с первым открытым тайником — ещё и удивительная щедрость. Борат совершенно добровольно выдал корабельную кассу, затем расстался с выручкой за рабов, потом выдал всё, что знает о коллегах по ремеслу. Излагал, кто из знакомых ему контрабандистов находится сейчас в Талосе, в каких заведениях их обычно можно найти, сколько в среднем берут за фрахт… В общем, толстяк выложил всё, что знал, великолепно понимая тот факт, что сейчас не время играть в несгибаемого борца за справедливость.
— Всё? — уточнил Чимбик, когда Борат замолчал.
— Всё, — кивнул тот. — Клянусь. — И Борат прижал к груди руку в знак своей искренности.
— Республика благодарит тебя, — с пафосом произнёс сержант. — Блайз, поблагодари господина Найла.
Услышав эти слова, Борат воззрился на сержанта с забавным выражением изумления и недоверия на щекастом лице. Он так и не успел заметить, как Блайз плавно вскинул оружие и нажал на спуск. Огненный росчерк вошёл точно в висок контрабандисту, Борат дёрнулся, обмяк, и потерявшее управление кресло заложило крутой вираж, чуть не сшибив по пути сержанта, еле успевшего отскочить в сторону, после чего со смачным звяком впечаталось в переборку. От толчка труп тви'лекка подался вперёд, раскинув руки, отчего создалось впечатление, что контрабандист хочет поцеловать свой корабль на прощание.
— Ситх, Блайз! — воскликнул сержант, недовольно обозревая тушу тви'лекка. — Ты что его, вывести не мог? Что теперь с этим хаттом делать?
Блайз молча закинул карабин за спину, шагнул вперёд и пинком отпихнул кресло.
— Вот так и вытолкать. Зверья в лесу много, оттолкаю подальше.
— Только чтоб не вонял, — предупредил сержант и вышел из каюты.
— А ты куда? — крикнул ему вслед Блайз, разворачивая кресло с покойником.
— Мандалорца обдеру — пригодится, — ответил Чимбик. — Кстати, что у него за эмблема на наплечнике? Раскоряка непонятная…
— А я колышу? — пропыхтел в ответ Блайз, пропихивая кресло в коридор.
К его удаче, Борат заказывал кресло с расчетом на свободное передвижение по своему кораблю, поэтому особой проблемы не возникло — спустя пару секунд клон разобрался, что подлокотник уткнулся в дверной косяк, и решил проблему простым поворотом.
— Может, клановый знак какой. Или что-то личное, — предположил он, поправляя сползающий труп. — Сиди, жирный, ща покатаемся…
Закончив сбор трофеев и перетаскивание трупов контрабандистов в джунгли, Чимбик принялся наводить порядок на корабле, подготавливая его к заселению, а Блайз поехал за Таки и оставшимися в гостинице вещами. По молчаливому согласию люк в трюм невольников клоны задраили наглухо, символично заперев там чужие страх, боль и несчастье, словно пропитавшие переборки.