В дворце его уже ждали. Во дворце царь-государь увидевший цветник приведённый старшим министром: от нежных чувств прослезился, наградил старшего министра орденом — «За вклад в гастрономию» и произнеся небольшое напутствие:
— Милые дамы, сегодня вам выпала большая честь, быть главным украшением стола, — отправил падших женщин на кухню.
— Угодил ли я Вам Ваше превосходительство? — со льстивой улыбкой, в разгар пира спросил старший министр у, разомлевшего и осоловевшего, пьяного тирана.
— Угодил, угодил засранец, — проси что хочешь.
— Во исполнения, дальнейшего нашего плана, мне нужна Ваша помощь, Ваше превосходительство.
— Деньги — не вопрос. Бери сколько надо. Рать стоит наготове. Что ещё надо?
— Срочно нужен на пару дней, меч-кладенец, промедление смерти подобно, — с трудом подбирая слова, произнёс старший министр и зажмурил глаза от страха.
— Я же недаром сказал, что ты засранец — эка чего удумал, твоё счастье, что я сегодня добрый и предвидел, твою просьбу. Бери меч-кладенец, — сделав царский жест, сказал тиран. — Но помни твои дети остаются у меня, в качестве заложников. Согласен? Не передумал?
— Согласен, — принимая из рук тирана меч, как можно твёрже сказал министр, примериваясь.
— Ну, тогда… с Богом, — хлопая глазами от удивления, промолвила катящаяся по натёртому полу, срубленная одним взмахом меча голова тирана.
Как это не удивительно, но обычно предают свои.
СКАЗАНИЕ О ЧЕПЕЛЕ И ЕГО НЕВЕРНЫХ ПОБРАТИМАХ
ПРЕДИСЛОВИЕ
Не в свои сани не садись.
SIK TRANSIN GlORIA MUNDI*
Если за дело берётся человек, с душой, как море
и с головой, как у целого адмирала,
то с флота таки можно, что-то поиметь.
(Кто то из великих)
1
Когда-то давным-давно — в тридевятом царстве в распроклятом тридесятом государстве, где правил злой сатрап-воевода со своими упырями — жили, были дед и баба. Как все смерды и холопы того государства работали они от зари до зари, за символическую плату — трудодни.
И всё-то у них было хорошо, так они думали, да не дал им бог ребёночка. Что только они не делали и на политсобрания ходили, и на демонстрациях плакаты с лозунгами носили — не помогало. Пока не взял, увидев такую сознательность, бабу к себе в секретарши ставленник сатрапа на селе — злой упырь-политрук.
И случилось чудо, ровно через девять месяцев, в селянской семье родился хлопчик. А надо сказать, что дед к этому времени за хищение колхозного имущества, (в виде мешка колосков), по указу 7/8-уже шатал на Севере сосны, то можно было бы говорить и о чуде. Но народ уже в том царстве-государстве в чудеса не верил, а потому кто то, (скорее всего помощник упыря), составил донос и отправил бумагу в Центр. После недолгого разбирательства, несмотря на клятвенные заверения, что он не при делах загремел упырь, со своей секретуткой за аморалку, под фанфары. Поехал, помогать деду, осваивать Крайний Север.
А что же ребёнок? Плод, так сказать запрещённой любви? А ровным счётом ничего — отдали в детдом. Придумав ему новую биографию и дали фамилию Чепель.
Вот такая вкратце история появления на свет нашего героя.
И если ты думаешь, уважаемый читатель, что сказка на этом и заканчивается, то уверяю тебя — ты таки ошибаешься. У нас есть, что ещё рассказать.
Герой наш в детдоме особыми талантами не блистал, среди сверстников ничем не выделялся. Хотя был ими не то, что не любим, я бы даже сказал: «Презираем ими за его же стукачество».
То они его головой в парашу окунут, то в морду дадут, а то и того хуже бойкот объявят.
Вот таким вполне лояльным и готовым на всё и был выпущен во взрослую жизнь наш герой; без высшего образования, без практических навыков и без желания работать.
Попавшись на воровстве, а надо сказать, что воры хоть и считались в том царстве-государстве социально-близкими, но наказывались они жестко и незамедлительно. Взяв с нашего героя подписку о сотрудничестве, соответствующие органы, поставили его перед выбором — либо к папе на Север снег убирать, либо служить на королевский флот. И вот тут-то почувствовал Чепель своим крысиным нутром, что надо выбирать королевский флот.
Что он и сделал. Попав в Экипаж не пошёл, как все хлопчики в матросы срочной службы, а ведомый своим крысиным чутьём записался в школу мичманов и прапорщиков.
Отточив там своё мастерство стукача, через два года получив погоны мичмана и полное прощение грехов молодости, он был перераспределён на военные суда — в количестве трёх штук, того царства-государства.