— А помнится мне, — прерывая хныканье бабы-Яги задумчиво чухая маковку, спросил добрый богатырь. — Здесь ещё и Черномор был, со своими богатырями? С ними-то как, всё в порядке?
— Как же, как же касатик был, — засуетилась баба-Яга. — Вот только ушел он, и воинство своё увёл. Напал на его царство, соседний царь — злой волшебник, карлик Нос со своей ратью. Грозится всё порушить, если не отдадут ему остров Буян и не будет царь-Гвидон платить, ему дань.
— Вот тать! — выругался в сердцах богатырь. — Придётся видимо идти выручать побратимов.
— Иди касатик иди, а ещё лучше лети. Там за пригорком в ямке змей Горыныч, завязанный тобой в морской узел, лежит… Так ты уж его развяжи, да полетай милок. Постоишь за дело правое. Травку свою только не забудь.
— Точно и как это я за её забыл, — обрадовался Добрынюшка, доставая с походной сумки кисет.
— Братва! Атас! Спасайся кто может!!! — впрыгивая в ступу истошно закричала баба-Яга, тщетно пытаясь взлететь на перегруженной ступе.
— Не судьба, видно воевать сегодня, — подкуривая от змея-Горыныча в своей трубке волшебное зелье, произнёс богатырь. Ну да ладно: утро вечера мудренее… Успеется. Завтра повоюем, а может и послезавтра… Будем в общем посмотреть, — произнёс он задумчиво, подбрасывая рукой свой кисет.
Вот такая расчудесная жизнь идёт в том царстве-государстве, где после свадебки Ивана-дурака, на царевне-Лягушке, не только мёд да пиво пьют, а живут полноценной жизнью, привыкая к европейским ценностям.
СКАЗКА О КОРОЛЕВЕ БАЛА
Однажды давным-давно, а может и недавно, жил да был в одном царстве, в одном перестроечном государстве президент. Почему, уважаемый читатель, ты спросишь жил не царь? Скажу тебе честно, как родному, положа руку на сердце — не знаю. Но думаю, что просто захотелось тому царьку в угоду новым веяниям, поиграть в демократию, вот и проведя всенародный опрос и узнав мнение своей черни, он и объявил себя президентом. Ну народ естественно поэтому поводу, так возрадовался и так возликовал, что три дня и три ночи квасил бражку не протврезвляясь. Подушных податетей и оброков, после этих реформ не поубавилось, но ничего, зато теперь уже три шкуры со смердов драли по демократически. В связи с реформами тут же в державе завелись свои местные, хорошие олигархи — царские отпрыски, сынки-переростки. Воспользовавшись наступившими переменами, понахапали они движимого и недвижимого добра, видимо-невидимо, а так, как заниматься делом, им было не положено, по понятиям, пардон уважаемый читатель автор зафантазировался. По понятиям — это с другой сказки, а нашим олигархам, добро-молодцам, заниматься делом было не положено по факту рождения. Потому выписав с мест не столь отдалённых специалистов по маркетингу — смотрящих, они стали дурковать не по-детски. Беситься, как говорят в народе с жиру. Соорганизовались они, с какими-то мажорами и начали устраивать на резвых своих скакунах скоростные скачки. И ладно бы ночью, так нет же белым днём. Выспятся до обеда, натрескаются блинов с белорыбицей, а то и с её икрой с совковой лопаты… И айда галясать и дурковать на своих конях по полям и огородам. Надоели они царскому люду хуже горькой редьки, и стал народ их по тёмным углам отлавливать и поколачивать. А что делать с этими анчихристами? Даже стали поговаривать о том, чтобы переизбрать батьку-президента, раз он не может навести лад в своём царстве-государстве.
Испугался не на шутку новоявленный президент, призадумался: «А как не дай Бог, скинут, куда потом податься? Никому ведь бывший президент не будет нужен. Своих дармоедов хватает. А дай-ка я их женю, — пришла вдруг ему в голову светлая мысль. Женю, выделю им землицы на выселках и пусть у их жён, за них головы болят», давным-давно подумал так батюшка президент и объявил во всеуслышание:
— Повелеваю всем своим сынам, к завтрашнему вечеру представить пред мои ясные очи, своих жён. А кто ослушается моей воли и не приведёт жены (ссылаясь на свою якобы нетрадиционную секуальную ориентацию) накажу — лишу всего имущества и определю в петушачий закуток. Быть посему! Время сыны мои любимые пошло.
Как прослышали царские сыны, новоиспечённые олигархи, за такую новость (а было у царя трое лоботрясов) сильно вознегодовали. «Мол, где это слыхано, где это видано, не считаться с нашей личной свободой. Особенно в сексуальном плане. Совсем старый козёл сбрендил. Надо организовать сексуальную голубую революцию и гнать его в шею». За революцию предложил младший брат, не отличавшийся с детства крепким умом и носивший а семье ласковое прозвище — Наш идиот. Потому предложение было отвергнуто, до лучших времён, — как сказал старший: «Надо жениться и подготовившись получше, сделать родимому тятеньке импичмент — с посажением его на кол». А средний брательник добавил: «Поддерживаю. Мысль здравая, и что самое главное в духе нового времени — демократическая». На том добры молодцы и порешили. Хочешь — не хочешь, а отцовскую волю, пока исполнять надо.