— Вот это совсем другое дело. Конечно, привезу дитятко, — несказанно обрадовался простой просьбе купец и взяв свои вещи вышел из терема, под слёзы и мольбы своих любимых жён.
Прошли долгие десять лет. Любимые жены, сговорились с кузнецом, вскрыли купеческую кубышку и, заплатив ему за сбитые замки с поясов верности, золотом — обрели половую свободу и, выправив себе левые паспорта, растворились на государевых просторах, оставив от богатого купеческого терема, только обветшалый фасад.
Старшая же дочь, дописав свой учёный трактат, уехала со своей служанкой, в земли голландские. Открыла она там свой литературный трактир, под мудрёным названием Табулатара, и взяв себе новое имя Ленона, на практике стала претворять его в жизнь, вовлекая новых адептов. Благо этого добра, выгнанного с других литературных трактиров, было несть числа.
Средняя дочь, не дождавшись батюшку-кормильца, не только вышла замуж, но уже и успела спровадить с белого света своего королька. И теперь правила единолично в своём царстве-государстве, от скуки казня и милуя своих верноподданных. Сварганил ей местный кулибин гильотинку, на французский манер, вот она вовсю ивановскую и веселилась. Чуть что ни по её — вжик… И покатилась головушка с плахи. Красота. Не надо думать о делах государевых, не надо изобретать ни какого велосипеда, не надо обустраивать жизнь народа к лучшему. Руби с плеча и вся недолга. Бабы дуры ещё нарожают. И воевода ей одноглазый под стать подобрался, всё заговоры, супротив ея вяличества раскрывает, а имущество и земли казнённых заговорщиков, под себя подгребает и постельку попутно ей подогревает. Одно слово — умелец на все руки.
Все уже по жизни обустроились, осталась только младшенькая дочь, верная своему батюшке. Сидит целыми сутками, со своими кавалергардами, возле оконца обветшалого купеческого терема, выглядывает свой обещанный подарок. Ждёт не дождётся, заблукавшего на сказочных просторах, своего батюшку
Прошло ещё пять лет, средняя дочь порубив почти всех своих верноподданных смердов, с помощью, якобы заблудившейся рати и доки воеводы, рассказывающего, что они пришли с миром, захватила своё бывшее царство-государство, снова принялась за старое, а младшая дочь всё ждала, ждала своего батюшку и… Дождалась.
Однажды погожим солнечным утром, к берегу причалили купеческие корабли. Всё изрядно поредевшее население, города вышло встречать своих купцов. Оставив корабль на своего помощника, наш купец, прихватив с собой небольшой сундук, отправился к себе домой.
— Здравствуй Настенька! — поздоровался он, переступая порог своего ветхого терема. — А где все домочадцы и что же случилось с нашим домом?
— Ты где столько лет шлялся старый пенёк? — не здороваясь, набросилась на него любимая дочь. — Цветочек аленький обещанный привёз? Если приехал с пустыми руками, лучше сразу разворачивай лыжи и вали с города, пока тебя мои кавалергарды не превратили в компост.
— Понятно, — задумчиво поскрёб лысину купец. — Значит, слухи, доходившие до меня имели под собой основание. Ну, спасибо дочечки, ну удружили сучки батюшке. Пока батюшка маялся по своим торговым делам, вы всё похерили. Хорошо, что я все свои кровные вложил в дело и купил чудо сундучок. Как знал, что пригодиться на старости лет. Так что ты там говорила за своё блудище и за цветочек? Цветочек аленький, говоришь, тебе был надобен!? Будет тебе цветочек! — злобно ухмыльнулся купец, раскрывая свой сундук.
— А ну-ка двое из ларца, одинакова с лица, доставьте немедленно сюда моих жён и дочерей, да и восстановите вы мой терем. Стыдно же перед людьми.
— Уже сделано хозяин. Что ещё нужно?
— Что ещё? Хорошо, что спросили, а то чуть не забыл. Доставьте вы сюда, это немецкое чудище-блудище. Да пусть так отдерёт оно всех моих баб, чтобы им больше не хотелось таскаться.
— Боимся хозяин, что погибнет оно от истощения. Может проще посадить тех прошмантовок на кол?
— Да делайте вы с ними что хотите, только чтобы я о них больше не слышал. А мне, пожалуй, пора короноваться. Что царству-государству без толку пропадать. Как управитесь с ними, подготовьте всё к церемонии. Да, пожалуй, воеводу оставьте на прежнем посту. Такие, засранцы востребованы в каждом царстве-государстве.
— Будет сделано ваше величество.
ПОСЛЕСЛОВИЕ
Говорят, что хочет сундучок свой продать, батюшка царь-государь. Денег правда много просит. С кем бы сложиться, чтобы прикупить нужную вещицу? Авось пригодится в хозяйстве, на старости лет.