Думаешь, что у тебя всё впереди, а вот и нет; впереди только капельница, медикаментозное лечение, инвалидность, диета и ограниченное пространство общения и передвижения. Хорошо, что сейчас есть выход в мировую компьютерную сеть, а иначе хоть обратно возвращайся в свою энергетическую капсулу в космической бесконечности.
Кто помнит своё прошлое и знает своё будущее — тот меня поймёт.
В далёкие семидесятые, получив из под палки в училище специальность слесаря, я точно знал, что эта специальность меня по жизни кормить не будет. Хотя, благодаря ей, я и попал и в Сирию, и в Тунис, и на буровых энергопоездах в Баку ремонтировал. И как знать, если бы не моя природная удача, любознательность и врождённая брезгливость, сейчас, может, и крутил бы до сих пор на Запорожстали гайки. Хотя вряд ли «слесарю-слесарево, а кесарю-кесарево».
Не моё.
А что же моё? Вот вопрос вопросов. Не могу на него до сих пор ответить. Хочется попробовать и того, и этого. Благодаря своей природной любознательности, я и оказался в челночной торговле.
А если быть более точным, не в Швейцарии, не в Австралии, куда меня приглашали как художника-иконописца, а на оптововых рынках Москвы, Одессы, Харькова, Польши и других стран дальнего зарубежья, втюхивающих нам свой залежалый товар.
Я отдал этому бизнесу больше двадцати лет. Представляете, какой у меня колоссальный опыт по этой части?
История с географией и бухгалтерией в одном лице. А если ещё добавить стрелки с перестрелками, то получится редкий генотип.
Как-то, нарезавшись в дым, со своим знакомым налоговым инспектором, мы с ним ради интереса полистали моё личное дело. Я знал, конечно, что я не ангел, но увиденное превзошло все мои ожидания. Как он мне сказал: «Тебе надо памятник с бронзы ставить. Монумент первого предпринимателя-кооператора».
И что самое интересное, что это таки факт. Наш кооператив был зарегистрирован в конце восьмидесятых под номером восемь.
В конце восьмидесятых к нам в Запорожье приехал гонец, или как сейчас принято говорить, торговый представитель от одесских кооператоров-цеховиков. Они как раз наладили выпуск самопальной варёнки и расширяли свой рынок сбыта. Запорожье в то время был очень состоятельный город. И за рынок «Анголенко» велась настоящая война. С поджогами машин, стрелками и перестрелками. Это уже потом, после Павловской денежной реформы, отнявшей у народа все его накопления, а у нас за то время было около тридцати официальных миллионеров, народ и рынок оказался в анусе.
Пришлось искать новые рынки сбыта.
Ты когда-нибудь бывал, уважаемый читатель, в Одессе, на оптовом рынке, на седьмом километре ранним утром? Если не был, то ты тогда многое пропустил в этой жизни. Одесса -таки есть Одесса, а за седьмой километр можно рассказывать бесконечно.
В те лихие девяностые, повесив на стенку свои дипломы и забыв за своё образование, мы начали осваивать мировые базары и вокзалы.
На своём стареньком Фиате, по нашим убитым дорогам, мы гнали товар из Польши до Одессы-мамы почти сутки, и приехали на оптовый рынок часам к трём утра. Одесса встретила нас неприветливо, да и паскудный мелкий дождь настроения не добавлял.
У спекулянтов-молдован, торгующих катаным, своим «фирменным» коньяком и контрабандными сигаретами, мы приобрели себе покушать на обед ящик *Белого аиста*,остаток былого величия Союза.
Дождь прекратился. Светало.
Я сидел на пороге машины завтракал. Устало пил с горла коньяк, механически заедая его копчённой кефалью.
Ты, уважаемый читатель, когда-нибудь заедал коньяк рыбой, не просто рыбой, а нашей черноморской, копчённой кефалью? Если нет, то настоятельно рекомендую попробовать.
Вкус, должен тебе сказать, таки специфический.
— А в этом таки шо-то есть, — сказал, увидев эту сцену, знакомый мент, дежуривший на автостоянке. Потом, подумав, добавил, -За свои сорок лет, такое вижу впервые… Ну а если ты после этого, ещё и за руль сядешь, ну тогда — полный решпект и уважуха.
— Да легко, — выбросив пустую бутылку, ответил я ему, выезжая со стоянки.
Приехав через месяц из Эмиратов в Одессу, в новом гандэлыке, открытом на рынке этим докой милиционером, мне уже подавали «фирменный» катаный коньяк под копчёную рыбку, уверяя, что это и есть-таки фирменная фишка чуть ли не самого Ришелье.
Юмор?…Так мы имеем, что сказать, Одесса в этом плане хороший учитель.