— Мне нравиться Ваш оптимизм, как Вы себя держите, — удовлетворенно констатировал Сёмин собеседник, — но боюсь Вы не до конца осознали нависшую над Вами угрозу. Дело не идёт о правосудии, в общепринятом смысле этого слова. Получив данные частного агентства, потерпевший не передаст их в органы правосудия, а разберётся с обидчиком по-свойски, так сказать по-семейному. Вам назвать его погоняло в «семье» или поверите мне на слово?
— Будем считать, что Вы меня напугали, что дальше? Что надо делать?
— Вот теперь я слышу слова не мальчика, но мужа. Вы знаете в чьём доме сейчас живёте? — спросил незнакомец.
— Точно нет, но судя по портретам, какого-то бывшего советского наркома.
— Н-да совсем молодёжь перестала интересоваться своей историей, а может это и к лучшему. Зачем забивать дурным голову, когда своих проблем выше крыши. Так вот о Ваших и наших проблемах, — перешёл, наконец к сути дела незнакомец. — Мы должны помочь друг другу. Мы гасим ваш долг потерпевшему, под гарантию его честного слова Вас не трогать, а Вы со своей стороны помогаете нам приобрести этот участок.
— Вопрос конечно интересный, но как Вы себе это представляете, я же не потомок этого железного наркома? — удивился Сёма.
— Как знать… Вы не поверите, но Вы доводитесь хозяйке, внучке этого, как Вы выразились железного наркома, внучатым племянником. У меня с собой есть, совершенно случайно новый Ваш паспорт и доверенность на продажу дома, но как Вы понимаете, эти документы уже составлены на моё имя, Вам их надо только подписать.
— Подумать можно? — спросил Сёма огорошенный такой новостью.
— Конечно, но не более часа. Ваш потерпевший ждёт окончания наших переговоров. Да вот его расписка, что претензий он к Вам не имеет. Поверьте — это ценнее акций. А это документ на погашенный Вами банковский кредит. Подписывайте доверенность и наслаждайтесь своей новой жизнью.
Сёма подписал доверенность, после того, как созвонился с банком, в котором ему подтвердили погашение кредита.
— Вы оказывается человек слова, — похвалил его незнакомец.
— Человек слова, — хмыкнул Сёма. — Лучше скажите, сколько у меня есть времени на то чтобы закончить афёру и замести следы?
— С учётом того, что мы с Вами завернули, у Вас не более двух месяцев. А дальше я бы посоветовал Вам превратиться в птицу Феникс. Надеюсь, Вы поняли мою аллегорию?
— Времени мне хватит, а за птицу подумаю.
— Удачи, с Вами было приятно иметь дело, — попрощался с Лёвой незнакомец.
После этой встречи Сёма всё и подготовил к страховому случаю. Подстелил, так сказать соломки. Бережённого Бог бережёт, а не убережённого, конвой стережёт.
5
Наступило долгожданный день открытия новой галереи «Путь к прекрасному, через духовное?… обогащение». День, на который рассчитывало столько людей, начался суматошно. Организаторы подгоняли последние пазлы мозаики; художники дописывали последние мазки на картинах, расставленных на мольбертах, по мере освещения, приглашенный музыкальный квартет опробовал акустику зала и свои инструменты, обслуга суетилась, накрывая столы для фуршета, Сёма подгонял на себя грим и вживался в роль, праведника отца Симеона. Процесс явления художественному мира столицы, новой мега звезды арт-бизнеса, близился к своему завершению. Рабочему ритму мешала, неизвестно, как попавшая в дом журналисточка-стажер модного женского журнала. Отцу Симеону она так надоела своими дурацкими вопросами за бытие и сознание, что он взял её крепко за руку и отвел в гараж, где стояла кровать-инсталяция, на которой Вика доделывала последние штрихи — отдавалась какому-то солидному десятипудовому арт-дилеру. Бедолага сопел, пыхтел, но работал над инсталляцией на совесть. Приковав журналисточку к быльцу кровати, Сёма оставив ключ Вике, попросив ту дать интервью, ретировался — дабы не мешать процессу.
Чувствуя душевный подъём, отец Симеон (мы его теперь будем так называть) забрёл на кухню, где под видом дегустации блюд, утолил заодно и жажду, выпив тройку другую фужеров спиртного. Компанию ему составил ведущий сегодняшнего мероприятия, модный музыкальный Шоу-Мэн, ведущий на каком-то телеканале своё музыкальное ток-шоу.
— Спорим что я, угадаю состав этого коктейля с трёх глотков, — стал он приставать к праведнику отцу Симеону.
— А я с двух, — парировал праведник.
— А я с одного.
— А я, только по запаху, — не сдавался праведник.
— Да ты что? — удивился Шоу-Мэн. — Действительно сможешь или дуришь?
— На что спорим, что смогу?
— На мою Тойоту.
— А я ставлю антикварный рояль Bluthner. Согласен?