— Отказ от халтуры — это преступление, которому нет оправдания.
С пяти литровой канистрой спирта, подтянулся зам. директора по хозяйственной части Витя Гулянцев.
Гулять было решено под сценой в кабинете у Гулянцева, который пользуясь своим служебным положением, договорился с банщиком о том, что тот всю ночь, (за соответствующее вознаграждение) будет поддерживать пар в своей бане.
Новогодний вечер обещался быть томным.
После прихода дежурной по дворцу, сорока пятилетней тёти Клавы, принёсшей на себе главное украшение Новогоднего стола, свою грудь шестого размера, веселье вышло на новую орбиту.
— Господа, — стал толкать свою идею, встав, покачиваясь из-за стола Лёва Давыдов, — предлагаю выбрать на этот вечер королеву красоты Мисс Бюст.
— Даёшь конкурс! — добавил он, падая на стул.
— Конкурс! Конкурс! Конкурс! Кооооонкурс!!! — поддержал его идею уже крепко вмазавший трудовой, творческий коллектив.
Самые отчаянные дамы, тут же стали снимать с себя кофты и свитера.
— Ша, народ не спешите, — остудил горячие головы Витя Гулянцев, — надо же выбрать жюри и председателя.
— Не тяни резину, сам предложил, сам и суди, а в жюри бери кого хочешь, — закусывая шампанское маринованным грибком, оглаживая свой шикарный бюст, кося блудливым глазом на Гулянцева, проворковала тётя Клава, уверенная в своей безоговорочной победе… И таки было от чего.
Когда она вывалила на стол свой шикарный бюст, все сразу поняли, кто в этот вечер будет королевой бала. Но для полной уверенности надо было, ради проформы, соблюсти официальные формальности.
— Где председатель жюри, где он!? — сотрясая прокуренный кабинетный воздух своей богатырской грудью, вопрошала победительница. — Я требую занести мою победу в официальный протокол и книгу рекордов. Где он!?
А действительно, где же наш не сгибаемый борец за правду, где председатель жюри? Куда он исчез, пока все были заняты конкурсным действом?
Провели перекличку, кроме председателя, не досчитались и костюмерши.
— Понятно. Маша, три рубля и наша, — пошутил по этому поводу осветитель Вовчик.
— Я паааапрошу не делать грязных намёков, в отсутствии полупорядочных здесь дам! Чёееерт возьми!!! — вдруг прорычал Дед Мороз — Аркадий, которому спирт и ревность одновременно ударили в голову. — Все на поиски, все за мной, — добавил он, падая лицом в салат.
— Чего это он взбеленился? — удивлённо спросил Вовчик.
— Да кто его знает, хотя он у той крашенной сучки, был вторым мужем. Наверное, до сих пор любит, — в недоумении пожав плечами, ответила Ирка, играющая в спектаклях роль Снегурочки, нынешняя пассия Аркадия.
— Да фиг с ним он уже никакой, может до завтра и проспится. А Вы я смотрю музчинка ещё хоть куда, — проворковала она, ложа свою руку Вовчику на его причинное место. — Не хотите пройтись поискать наших голубков?
Не успев ничего ответить этой пылкой даме, Вовчик так же мгновенно испарился из-за стола, как это сделал, до него и председатель жюри Гулянцев.
А веселье продолжалось
— Совсем бабы осатанели, — кричал Лёва Давыдов, отбиваясь от полуголой тёти Клавы обглоданным селёдочным скелетом. — Побойтесь бога. Да я ведь Вам в племянники гожусь!
— Иди ко мне племяшь, я тебя приголублю. А хошь я для тебя на столе канкан сбацаю? — проворковала подвыпившая бабина, залезая на стол.
И на удивление всего весело гуляющего народа, она не только выдерлась на стол, но и в такт музыки начала выбрасывать коленца, по её выражению, стала бацать канкан, громя пластиковую посуду
Бабе сорок пять и баба ягодка опять
Принцесса. Нет, королева бала…
Новогодний вечер из томного, плавно перетекал в знойную Новогоднюю ночь.
2
Наступил первый день нового года. Новогодний утренник набирал обороты. Красавица ёлка, привезённая по особому заказу из далёких лесов, стояла, упираясь в потолок, блестящей золотой звездой, посреди зала Дворца Культуры «Орбита». Сверкая новогодними украшениями, она обещала собравшейся возле неё детворе, массу приятных эмоций и воспоминаний, если не на всю жизнь, то на целый год — точно.
Осталась самая малость: позвать Снегурочку и с её помощью зажечь праздничные огни на гирляндах.
— Снегурочка! Снегурочка! Снегурочка! Снегурочка! Выходи! — дружно звала её, уже с полчаса, водя хоровод вокруг ёлки детвора, под предводительством Деда Мороза.
Снегурочка не выходила.