«Ну, этого уж я им не отдам!» — решил я про себя.
— Вызов сэра рыцаря Зеленого Ромба принимает сэр рыцарь Белого Шлема! — далее следовало подробное перечисление побед нового сэра, из которого стало ясно, что и тот не менее титулован.
На ристалище выехал Белый Шлем. Он был во всем черном, кроме, естественно, названного элемента доспехов, украшенного большими рогами.
«Этим только за сердце и драться», — весело подумал я, затем внутренне вздрогнул, провел рукой по голове и облегченно вздохнул. Фло, слава богу, рогов мне не наставила.
— Бой выбирает рыцарь, принявший вызов!
У ворот ристалища был прибит щит. Подъехав, Белый Шлем ударил в него тупым концом копья. Застучали барабаны, рыцари, сменив копья, разъехались и замерли в противоположных концах ристалища. Я приготовился смотреть. Чтобы победить, нужно было видеть, как это делают другие.
«Конкурс средний, всего-то шестнадцать рыцарей на место, считая Зеленого ромба», — успокаивал я себя, но, приглядевшись к массивным фигурам, решил, что попотеть все же придется.
Трубы крикнули новый сигнал, и соперники, набирая скорость, стали съезжаться.
«И рыцари съехались. И сэр рыцарь Зеленого Ромба сломал свое копье о сэра рыцаря Белого Шлема, а сэр рыцарь Белого Шлема сломал свое копье о сэра рыцаря Зеленого Ромба», — прокомментировал я исход схватки в стиле Марка Твена, наблюдая, как противники меняют сломанные копья.
Снова прозвучали трубы, и Белый Шлем на этот раз вылетел из седла, гремя доспехами, как старая консервная банка, упавшая мимо мусорного бака. На трибунах восторженно взвыли, и Зеленый Ромб проехал круг почета под оглушительные овации, пока перечисляли многочисленные победы следующего претендента.
Рыцари сражались не очень профессионально, некоторые падали, не успев даже столкнуться с противником. Да и сам победитель допускал массу ошибок и не был сбит лишь потому, что никто так и не смог в него толком попасть.
— Сэр Черный рыцарь! — объявили мой выход. Титулов не последовало.
«Ничего, продолжение будет», — самонадеянно подумал я, но тут же понял, что обстановка на поле боя заметно изменилась. Вроде и трибуны вопят уже не так громко, и побежденные не стонут более на земле, изнемогая, а все как один в седлах и занимают потихоньку свои квадраты. Подъехав к воротам, я ударил в щит тупым концом копья и, заменив его на безопасное, занял свою позицию.
Взвыли трубы. То, как Ромб плавно двинулся с места, то, как он уверено вскинул копье, как он мощно набрал скорость, свидетельствовало, что мне предлагают качественно иной бой. Создавалось впечатление, что все прошедшие до сих пор схватки были сущим надувательством, и только сейчас соревнования начинались по-настоящему.
Плотно зафиксировавшись в седле, я резко взял с места. «Посмотрим, крепко ли он сидит», — решил я, нацеливая копье противнику в грудь. Зеленый принял мою тактику и значительно прибавил в скорости. Но его копье смотрело мне в голову!
«А ведь жестокость до добра не доводит», — подумал я и в последний момент резко пригнулся, уворачиваясь от летящей мне в голову неприятности. Его копье чиркнуло о мой шлем, и мы врезались. Ощущение было такое, словно я столкнулся с пневмоэкспрессом, который и не думал даже притормозить. В глазах у меня потемнело. Словно в замедленном кадре я видел, как мое копье уперлось в середину ромба на груди противника. Давление было ужасное, но рогатый даже не шелохнулся, а вот я, наоборот, несмотря на все свои усилия, стал медленно вытесняться из седла. Поняв, что проигрываю, я выгнул копье, и оно разлетелось на части, хлопнув как пистолетный выстрел. Время обрело свое нормальное течение, и мы стремительно пронеслись друг мимо друга.
Снова трубы пропели свою нудную песню. Я выбрал копье покороче. Тактику приходилось менять. Противник сидел в седле как приклеенный. С места я сорвался так же, всем своим видом показывая, что тупо иду на таран. Рогатый тоже не изменил старта. Снова все движется в замедленном темпе. Концом копья отвожу оружие Зеленого, убираю голову, пропуская его мимо уха, одновременно направляя свое копье в забрало противнику. Прием, прямо скажем, не на слабака. Реакция у Рогатого тоже крутая — успевает прикрыться щитом, но моя круче — резко поворачиваю копье на сто восемьдесят градусов, ударяя в торцевую часть щита, тот дергается вправо, открывая на мгновение голову, задний конец копья глухо бьет Зеленого в челюсть — хук слева, гарантированный нокаут, и Ромб летит из седла.
На трибунах вой. Побежденные рыцари уверенно заступают в свои квадраты. Ведущий называет номера. А у меня холод по спине от того, как спокойны и уверены в себе противники, как молча и профессионально они сидят в седлах, а ведь перед этим болтали и сплетничали. Ох, не нравится мне, как спокойно и буднично утаскивают экс-чемпиона с поля, как реагируют на это зрители, в том смысле, что никак не реагируют! И чересчур лихо меняет программу ведущий, а ведь ничто не предвещало поражения фаворита.