– Бегу уже, Снежина.
Развесив последние пучки трав, я сняла с себя фартук и, стряхнув с расшитого сарафана звездочки зверобоя, выбежала из сарая. Младшие сестры уже нетерпеливо пританцовывали возле калитки, то и дело поглядывая в конец улицы. А там…
Звонкий смех подружек, сменялся громоподобным добрых молодцев. Все селяне сбежались посмотреть на приехавших из далеких далей скоморохов, с разрисованными чудным узором лицами, да в непонятной одежде. Тренькая на странных инструментах, чем-то похожих на наши балалайки, они распевали частушки, да длинные, но веселые былины.
По соседству же выстроились невысокие телеги, наполненные всякой заморской всячиной. Невиданной красоты платья и платки, яркие ленты для волос, да многочисленные сласти и выпечка. Подруженьки уже выбирали себе наряды, хвастаясь друг перед другом. Чуть дальше расположились повозки с ножичками, диковинными топорами и короткими мечами, коими якобы можно было убить нечисть лесную.
Ярмарка – редкое в наших краях явление, поэтому люд стремился запастись добром впрок, не обращая внимания на слегка завышенные цены. Кто-то покупал солонину за серебрушку, когда в соседнем селении шмат можно было взять за половинку. Другие с удовольствием тратили деньги на расшитые платки, хотя наша мастерица Марья ткала ничуть не хуже.
Ароматы свежей выпечки, хмельной медовухи да фруктов в карамели дурманили, а голова вертелась из стороны в сторону, чтобы ничего не пропустить, все запомнить, а потом обсуждать с девоньками длинными зимними вечерами, с нетерпением ожидая нового визита.
Негромкий оклик одной из подружек отвлек от приятных мыслей. Оставив сестер смотреть представление скоморохов, я с улыбкой подбежала к рыжей Любомире – ведьме, чья сила была тесно связана с магией погоды – и тут же была увлечена в самый конец ряда, где пристроилась только что прибывшая телега. Накидку с товара еще не успели стянуть, а любопытный люд уже стоял кругом. Мы с подружкой, подоспевшие первыми, оказались ближе всех к товару, поэтому, когда темная ткань спала, ахнули от восхищения.
На плотной подкладке были выложены бусы всевозможных цветов. Они переливались в лучах солнца и разбрасывали радужные блики, расцвечивая день яркими красками. Полупрозрачные кристаллы лежали рядышком с речным жемчугом, темные камни с матовыми бусинами, и все это великолепие разноцветной россыпью притягивало взгляд, сманивая девчонок от соседних лавок.
Тонкие женские ручки попеременно мелькали над покрывалом, выхватывая то одни, то другие бусы, потихоньку оттесняя нас с Любомирой в сторону. Подруженьки надевали украшения себе на шею и, как зачарованные, замирали с блаженными улыбками на губах. Увы, заметила я это далеко не сразу. Лишь когда сама выхватила из кучи бусы с гранатового цвета камнями, да одела на шею, почувствовала чужую магию. Только предупредить никого не успела, так и застыв на месте под порывами неожиданно налетевшего ветра.
Сила его была такой, что здоровые мужики буквально валились с ног, больно ударяясь оземь. А потом еще и откатывались на обочину, словно какая-то невидимая рука расчищала путь. И так было со всеми, кто не успел надеть волшебные предметы. Когда последнего мужчину, нашего кузнеца Микулу, отбросило в сторону, телеги пошли рябью и исчезли, а понурые лошадки неожиданно обернулись огромными конями, с бушующим в глазах темным пламенем. Расправив могучие перепончатые крылья, как у сказочных драконов, они встряхнулись и стали окружать девушек. Скоморохи же, до этого момента выглядевшие людьми, вдруг подернулись дымкой и сквозь один удар сердца превратились в Темных всадников, которыми меня часто пугала матушка-ведунья.
На вмиг постаревших лицах, покрытых сеточкой глубоких морщин, сверкали белесые глаза без зрачков, пугающие клубившимся в них туманом безвременья. Темные плащи трепал бушующий ветер, иногда раздвигая полы в стороны и создавая иллюзию тяжелых крыльев.
И вот эти страшные существа – свита Забытого бога, в едином порыве шагнули к нам, хватая девушек за талии и закидывая на своих коней. Шесть всадников и шесть юных красавиц, только-только перешагнувших рубеж семнадцатилетия и Одаренных богами. Чужая волшба надежно опутала руки и ноги, лишая даже надежды на спасение. Поэтому когда конь взмахнул крыльями и стрелой взлетел в потемневшее небо, я могла лишь беззвучно глотать слезы, прощаясь с сестрами и уехавшими в другое село родителями.
***
Сквозь пушистое одеяло облаков проглядывали пшеничные поля, сменившие зелень травы золотым морем колосьев. Совсем скоро придет срок уборки урожая, только вот мы с подружками его уже не застанем. Без устали скакали Темные всадники по мрачнеющему небу, спеша вслед за уходящим солнцем, чтобы с первой сумеречной звездой оказаться в чертогах Забытого бога.