– А нельзя ли ближе к делу, – вмешался в монолог Полоз, за что я была ему благодарна – такое длинное вступление нервировало меня нещадно.
– Хорошо-хорошо, – тут же подхватил Колобок Батькович, и пододвинул к нам чашки с ароматным чаем. – Сегодня мне… в руки, если можно так сказать, попал уникальный свиток, – брошенный в мою сторону многозначительный взгляд я проигнорировала. – В нем говорится о яйцах познания. Для нашей школы подобный артефакт был бы незаменимой находкой. Вы представляете, сколько утерянных сказок мы бы восстановили? Сколько легенд подтвердили, сколько…
– Что-то я никогда о подобном не слышал, – наг задумчиво перебил директора. – Откуда у вас эти сведения?
Мужчина, в порядке исключения явившийся «на ковер» на своих двоих, закинул ногу на ногу, легко подхватил чашку, пастилу и, откинувшись на спинку кресла, начал вкушать угощение, в ожидании подробностей.
– Я же говорю – из свитка.
Колобок довольно резво для своей комплекции подскочил с места, открыл сейф и извлек из него упомянутый документ.
– Вот здесь все написано, – он протянул бересту Полозу, но в последний момент одернул. – Только не испачкай!
Фыркнув, любитель истории отставил чашку, перехватил свиток тонкими изящными пальцами и углубился в чтение. По мере изучения текста на лбу нага все сильнее проступали чешуйки, что говорило о глубокой задумчивости.
– Было бы интересно с этим поработать, – через некоторое время заговорил преподаватель. – Но сначала надо найти того дурачка, который отважится его принести…
И в этот момент почему-то оба любителя древностей посмотрели в мою сторону. От такого пристального внимания я поперхнулась остатками чая, который благополучно допивала, в надежде, что про меня забудут.
– Любава Змеевна, не бережете вы себя, осторожнее надо быть, – заботливо произнес Колобок Батькович, с помощью магии похлопав меня по спине, и без перехода добавил. – Так что вы скажете о предложении Полоза Гадович?
– Каком?
– Давайте устроим вашим подопечным практические испытания. Задание у нас есть, – он кивнул в сторону свитка, все еще находящегося в руках нага. – Пусть отправляются.
– Куда? – в панике воскликнула я, лихорадочно вспоминая, что мы там написали.
– Туда, не знаю куда, – невозмутимо парировал директор.
– А… – попыталась было возразить я, но мне не дали вставить и словечка.
– А вы с нашим замечательным преподавателем по истории культуры их проконтролируете.
Я переводила ошарашенный взгляд с одного авантюриста на другого. Неужели Полоз на это согласится?
– А что, это может быть даже интересно, – словно в ответ на мои мысли произнес он.
***
Практику решили не откладывать в стол и назначили на ближайшие выходные. Мол, у Иванушки-дурачка на пути к счастью выходных не будет, поэтому надо учеников уже сейчас к этой мысли подводить. А то, что любой приличной молодой и красивой девушке свободный от работы день жизненно необходим – почему-то никто не подумал.
Хорошо хоть маршрут составлять мне не доверили, ибо я не знаю, как идти туда, куда я не знаю как идти!
Да-да, мы с девчонками не мудрствовали и путь указали известный с детства, чтобы наг проявил всю накопленную за триста лет сообразительность. Я даже от идеи заставить его это яйцо высиживать отказалась.
Ну, он и проявил: собрал моих подопечных на поляне, хорошо хоть место выбрал подальше от заметённой снегом Школы Сказок и поближе к южным широтам; сделал маленький экскурс в историю и предложил выдвигаться, доверившись интуиции. Я было заикнулась раздать мальчикам путеводные клубки, но в ответ услышала:
– С клубком и дурак дойдет за пять минут…
– Хм, а они у нас кто?
Полоз Гадович явился на практику в полной боевой готовности: хвост "трубой", торс прикрывает лишь кожаная жилетка, мощные предплечья украшают ритуальные браслеты, темные волосы собраны в высокий хвост, конец которого украшен специальным наконечником, явно из разряда боевых. Разве что лицо пока не приняло окончательной трансформации и не распугивало окружающих клыками и узкими вытянутыми зрачками. Правда, это с лихвой компенсировала катана, закрепленная за спиной.