Все это я знала со слов матушки, произнесенных заговорщицким шепотом. Она уговаривала нас с тетей Аршиссой опробовать это на себе.
– А как же лия Сита? Ты сказала, что ее девочки скоро будут.
– Пошлю записку, и они придут попозже. Армель, я хочу опробовать эту удивительную процедуру, но… – лия Шанталь замялась, – мне страшно. А ты собираешься уехать и бросить меня здесь совсем одну!
– Армель, детка, – вмешалась тетя. – Я не уверена, что данная процедура подходит для молодой и пока еще незамужней девушки…
Услышав такое, лия Шанталь начала задыхаться от возмущения и готова была уже неблагородно поругаться с родственницей, кода та неожиданно закончила:
– Но если ты согласишься – я никому не скажу. О чем же еще вспоминать в старости и рассказывать внукам, как не о таких проделках молодости.
Этого оказалось достаточно, чтобы матушка приступила к активным действиям. Она отправила записки лие Сите и мастеру Трикотта, первую попросив подъехать позже, а второго известив о нашем скором приезде. Я, глядя на матушку, тоже уличила минутку, чтобы отправить сообщение Лариону. Я безумно по нему соскучилась.
Дом, где разместились новомодные косметические процедуры, внешне ничем не выделялся из ряда таких же аккуратных светлых строений с тёмно-красной черепицей: двухэтажный, с красивыми узорами на переднем фасаде. Но внутри он поражал воображение: все детали интерьера были выполнены из стекла и воды, отчего обстановка казалась загадочной и волшебной.
Нас провели в небольшую гостиную, где сам владелец подробно расписал, что нам предстоит. В сопровождении горничных мы прошли в гардеробную и облачились в совершенно неприличные почти ничего не скрывающие рубахи на голое тело и перешли в новый зал – теперь уже в святая-святых этого заведения. Тут стояло несколько больших чанов (а вовсе не аквариум), наполненных бурлящей водой, куда нам и предстояло погрузиться – каждой в свой.
Сделав несколько робких шагов, я вспомнила, что мне в сущности бояться нечего, ведь водой я почти научилась управлять, а значит можно показать пример старшим и… Нет, нырнуть не выйдет – для этого чан слишком мелкий. Поэтому я величественно опустилась в воду по шею. Вода тут же успокоилась и перестала бурлить.
- Ну как, Армель? Что ты чувствуешь? – шепотом спросила мамочка, не спеша следовать моему примеру.
- Там точно никто не кусается? – тетя Аршисса склонилась над одной из емкостей, пристально вглядываясь в глубину.
- Пока никто, - усмехнулась я, - но возможно они ждут, когда вы ко мне присоединитесь.
- Не волнуйтесь, это совсем не страшно и совершенно безопасно, - неожиданно произнес мелодичный голос.
Я решила, что за разговором мы не заметили, как пришла горничная, но оказалось, что голос лился с потолка – видимо какое-то магическое устройство позволяло следить за нашим спокойствием.
– Прошу вас, занимайте ваши места. Процедура скоро начнётся.
После недолгих колебаний мои дражайшие родственницы все же опустились в воду. Я с трудом подавила желание вскрикнуть, разыгрывая нападение опасных существ. Все же матушка не оценила бы подобной шутки. Однако действительно чуть не вскрикнула, когда почувствовала касание. Совсем забыла, что мы сюда пришли не плавать, а за косметическими процедурами. Первое прикосновение к ноге было осторожным, а когда страх отпустил, по всей длине моей ноги прилипли щупальца. От щекотки и разбежавшихся по телу мурашек я засмеялась. Когда щупальца отлепились, чтобы прижаться с другой стороны – я вновь не удержалась от смеха.
А в это время голос рассказывал нам о самой процедуре и ее пользе. Было что-то еще про глубокое очищение кожи и массаж, улучшающий ток крови, но на этом месте я окончательно расслабилась и потеряла связь с реальностью.
Из уникального салона мастера Трикотта я выходила в приподнятом настроении, в то время как матушка была вся пунцовая и о своих впечатлениях отмалчивалась. А вот тетушка напротив – сначала загадочно хихикала, а потом выдвинула неожиданную идею:
- А что, если в нашем шейханате организовать подобную прелесть?
- Ты же весь гарем своего шейха разогнала, - усмехнулась моя матушка. – Кто туда ходить будет?