- Деньги вперед!
Венсан достал несколько купюр.
- Этого хватит?
- Вполне! - Хозяйка схватила купюры и засунула их под платье в районе декольте.
Студент взял ключ и направился к лестнице, но на пути его остановил мужчина в чёрном плаще, с лицом, скрытым капюшоном.
- Парень, ты занял ту самую последнюю комнату в конце коридора?
- Да.
- Там висит картина… не забудь повернуть её лицом к стене, когда будешь ложиться спать. - И незнакомец растворился в толпе пьяных гуляк.
Студент поднялся на второй этаж, прошел по скрипучему коридору и нашел свою комнату. Она ничем не отличалась от подобных номеров: белый высокий потолок и стены, стул, стол, кровать.
Венсану комната понравилась. Он прилёг и уже начал дремать, как вдруг заметил на стене справа картину.
Небольшое полотно, чтобы разглядеть, нужно было подойти ближе. Любопытство пересилило усталость, и Венсан встал.
На картине был изображен шабаш. Множество мелких, тщательно выписанных деталей: ведьмы, черти, беспомощные люди.
В центре картины происходил бал, где жуткие твари водили хоровод со смертными, лица которых искажались от боли. А прямо у костра, в самом средоточии круга, танцевала обнажённая девушка неземной красоты. Её взгляд, казалось, был устремлён на зрителя.
«Что за чудеса?!» - отметил про себя Венсан.
Слева огромный пёс направлял вилы на мужчину, отказывавшегося прыгать в котёл. Справа ведьмы играли в карты, рядом с ними стояла деревянная клетка, битком набитая обречёнными.
Венсан вспомнил предостережение незнакомца и осмотрел картину. В картине не было ничего странного: полотно, рама, нитка и гвоздь, на которых держался шедевр.
Студент решил оставить произведение в покое и вернулся в кровать.
Ему хотелось спуститься вниз, заказать ужин, но чуть позже, через несколько минут, которые он сейчас готов был отдать сну.
Венсан закрыл глаза и провалился во тьму.
Через мгновение он оказался посреди шабаша, в точности такого, как на картине. Венсан не испугался, а с любопытством следил за кошмарными сценами.
Огромная черная собака со свисающими из пасти слюнями пыталась столкнуть очередного мужчину в котел с жутко пахнущей жидкостью. Оттуда поднимался густой, сладковато-гнилостный пар. Всё вокруг бурлило, котёл подогревало пламя костра, а пёс, орудуя вилами, отправлял одну жертву за другой в кипящую жижу. Те плакали, выли, молили о пощаде, цеплялись за скользкий край, но большой котёл поглощал одного за другим.
Проходя мимо, Венсан замедлил шаг. Заметив это, собака оторвалась от своего занятия. Она уставилась на него своими большими черными глазами, наклонила голову набок, повернула немного голову и проводила его долгим взглядом, забыв о своей жестокой работе.
Дальше, студент заметил трёх ведьм. Они сидели в кругу, швыряя на землю потрёпанные карты. А карты, попав на землю, меняли рисунок. Ведьмы хохотали, указывая на них костлявыми пальцами. Рядом стояла деревянная клетка, битком набитая голыми, дрожащими от страха людьми. Они молили выпустить их, но Венсан лишь удивился правдоподобности своего сна.
Венсан не мог отвести взгляда от происходящего. Их смех оборвался. Шесть слепых, мутных глаз устремились на него. Они начали подниматься, неестественно выгибаясь, приближаясь к юноше. Крючковатые носы, беззубые рты, кожа в буграх, бородавки и ссадины. Студент поспешил пройти вперед, и ведьмы потеряли к нему интерес, прошипев что-то вслед.
Вскоре одна из них с визгом шлёпнула на землю последнюю карту. Выиграв, она вскочила, по-обезьянии подбежала к клетке, откуда вытащила голого мужчину.
Он отбивался и кричал не своим голосом, моля отпустить его. Тогда другая ведьма - более крупная и помоложе - набросилась на «победительницу» и вцепилась ей в волосы. К драке присоединилась и третья ведьма. они упали на землю и продолжили Пока они катались по земле, вырывая друг у друга клочья волос, мужчина подбежал к клетке, дёрнул хлипкий замок, раскрыл прутья, и остальные пленники начали тихо выползать на свободу.
Но взгляд Венсана притягивал хоровод у костра. Черти водили круговую пляску с людьми будто марионетками, смирившихся со своей участью, безумный танец не прекращался ни на миг. Люди падали от изнеможения, но их тут же подхватывали когтистые лапы, заставляя кружиться снова и снова.
У самого костра плясала обнажённая девушка. Она танцевала одна, и ее движения были похожи и на произведение искусства, и на жуткий ритуал одновременно. Ее волосы развевались в такт пламени, а глаза блестели изумрудным светом. Заметив на себе пристальный взгляд студента, она обратила танец в его сторону. Не отрывая взгляда, она посвящала себя только ему.