- Расскажи ему историю о той деревне…
- Я думала, ты…
- Я пропущу. – Он отставил кружку с вином. – И этого достаточно. Давайте лучше пить чай.
После нескольких неловких минут молчания Мари принесла чайник с отваром мелиссы.
- Итак, дорогие мужчины! Расскажу вам историю о деревне недалеко от Гренобля. – Села она за стол и взяла мужа за руку. Тот слегка улыбнулся и разлил отвар по чашкам.- В тихой маленькой деревне, где все друг друга знали, появился старик. Он возник из ниоткуда и шел в никуда. Казалось, он был старше, чем сам мир и бог Сатурн был ему другом. Он был худым, с длинной седой бородой. На глазах его была повязка, а в руках – палка, на которую он опирался, пересекая деревню. Так жители поняли, что он был слеп.
Старик появился, когда солнце ярко светило, люди работали в полях, соседи переговаривались через забор, а на площади шумела ярмарка.
Он шел прямо через деревню. Не просил о помощи, не причитал; просто шёл своей дорогой.
Не прошло бы и полчаса, как он бы пересёк деревню и скрылся бы дальше по дороге, но его остановила маленькая Аннетта.
Девочке Аннетте едва минуло двенадцать, но во всей деревне не нашлось бы сердца добрее. Она всегда была там, где ее помощь была нужна. Она была лучом света везде, где бы не появлялась. Золотые волосы, светлые глаза и сердце, полное любви и поддержки.
Она была дочерью кузнеца Гаспара, человека сильного, строгого. Мать Аннетты погибла, дав ей жизнь. С того момента отец стал закрыт для всего мира, кроме своей милой девочки, в которой души не чаял. Весь его мир сузился до границ кузни и дочери, в которую он вложил всю свою нежность и тревогу. Но каждый раз, когда Аннетта решала помочь кому-то, его кровь стыла в жилах, так боялся за дочь.
В тот день они работали перед кузней, и Аннетта, отложив в сторону метлу, замерла, уставившись на дорогу. По ней, еле волоча ноги, двигалась едва различимая фигура.
- Аннетта, стой! – рявкнул Гаспар, но было поздно. Девочка уже неслась к дороге.
- Здравствуйте, дедушка! Я могу Вам помочь? Вы устали, голодны? – Девочке до слез было жаль старика, и она подхватила его за руку. Он тяжело дышал, ловя воздух пересохшими губами, и его трясла мелкая дрожь.
- Аннетта! – К ним подбежал кузнец. – Здравствуйте. Это Аннетта, моя дочь. Она не хотела Вам мешать, извините… - Отец взял дочь за руку и попытался отвести в сторону.
Но Аннетта выскользнула из-под отцовской руки.
-… Вы голодны? Вы хотите пить? – Аннетта заметила злой отцовский взгляд, но бросить старика в беде она не могла.
- Да… воды! – Губы старика шевельнулись. - Ради всего святого...
Кузнец тяжело выдохнул, но подал старику плечо и довёл до лавочки под окнами своего дома.
Аннетта принесла кувшин воды, варёной картошки и пару яиц. Она терпеливо помогала гостю, когда тот терял глиняную кружку или никак не мог нащупать вилкой еду на тарелке.
Весть о том, что кузнец и его дочь приютили странного слепца, мигом облетела деревню. Кто-то осуждал поведение Аннетты, переживая, что та впустила в деревню разбойника или вора; другие сочувствовали старику и поддерживали Аннетту, принося гостю поношенную одежду и немного еды.
Гаспар стоял в стороне и наблюдал. С одной стороны, возможно, он бы сам принял старика, если бы жил один; с другой стороны, он и его дочь теперь могли быть в страшной опасности.
Наступил вечер, нужно было решить, где оставить старика.
Солнце клонилось к лесу, отбрасывая длинные синие тени. Аннетта и отец отошли в сторону от гостя.
- Мы не можем его оставить здесь на ночь, - тихо сказал кузнец дочери.
- Но, папа! Он едва держится на ногах. Он истощен, слаб, ему нужно выспаться.
- Аннетт, ты не знаешь, что это за человек. Откуда он идет и куда, ты не знаешь, чем он занимался. Возможно, он – разбойник, головорез, и его банда ждет знака, чтобы напасть.
- Он – слепой старик, изнуренный дорогой! - Настаивала девочка.
- Мы не знаем этого! Он – не котёнок, не щенок, которого легко приютить, от которого никакой опасности нет. Он – человек, мужчина. Он может быть опасен. Или даже болен.
- Папа, он чуть живой. Если мы оставим его на улице, он может замерзнуть. Или волки могут сбежаться ночью. Он не сможет защитить себя.
Кузнец минуту думал над словами дочери. Она была права, но сам старик доверия не вызывал.
- Тогда закроем его в конюшне на ночь. Дверь я снаружи припру бревном, а сам заночую здесь.