- Абель, Вы можете говорить? Что Вас так напугало?
- Да. - Старик медленно отстранился от Гаспара, чтобы каждый житель деревни мог его услышать. – Я спросил Аннетту, что она делает, и она ответила мне, что шьёт костюм к Йолю. – Абель говорил очень чётко, спокойно и громко. – Сказала, что у вас есть традиция: на Йоль одеваться в костюмы животных и танцевать у костра. Я знаю, что так делают многие, я знаю, что таким образом вы привлекаете плодородие. Но так делать нельзя. В эту ночь те, кто будет одет, как животное, превратится в это животное. Навсегда!
Минута полнейшей тишины сменилась взрывами смеха. Те, кто думали проучить Абеля или защитить от него Гаспара и дочь, опустили вилы и палки.
- Слышал?! Превратимся! — кто-то фыркнул из толпы.
- Волком, значит, стану? — ехидно крикнул другой.
- О чем говорит этот сумасшедший? – Доносилось и тут, и там.
- Я говорю вам чистую правду. Вы превратитесь в тех же зверей, чей облик примерите на Йоль.
Снова смех.
- Сумасшедший! Он болен! Безумный старик!
- И кто же превратит нас в зверей? Ты?! – Прозвучало в толпе.
- Нет, не я. Дикая охота. – Чётко ответил Абель.
Жители деревни рассмеялись еще громче и направились к своим домам. Угроза растаяла, превратившись в посмешище. Абель сидел неподвижно на снегу, не зная, что делать дальше.
- Куда вы? – Абель приподнялся с помощью Гаспара. – Я серьезно. Пожалуйста! Не надо! Послушайте… - По щекам старика снова полились слёзы.
- Абель, идем в дом. Холодно. - Гаспар помог подняться старику и медленно повел его в дом.
Опираясь на кузнеца, старик, поплёлся домой. За их спиной соседи еще долго пересказывали друг другу произошедшее той ночью.
Аннетта забежала первой в дом, освободила проход и поставила греться глиняный чайник. Спустя несколько минут молча разлила чай по кружкам и уселась на своё место, сжав руки на коленях.
- Абель, расскажите нам. Почему вы думаете… Откуда вы знаете… Почему Дикая Охота должна напасть?
Абель долго молчал, держа кружку в руках, согревая ладони. Пар окутывал его лицо.
- Она не нападет, она предаст проклятию тех, кто ослушался. Но, те, кто останутся дома, будут в безопасности.
Больше он не добавил ни слова. Гаспар внимательно наблюдал за ним, сидя у камина.
Выпив чай, Абель беззвучно поднялся и направился к выходу в сени. Гаспар проводил его до конюшни, щёлкнул засовом и вернулся.
- Папа, ты веришь ему? - голос Аннетты прозвучал совсем тихо.
- Да. - Отец медленно повернул ключ в замке. - Я даже не могу объяснить, почему. Но я верю ему.
- А как же… я весь год готовила этот костюм. Собирала украшения…
В её руках был тот самый, ярко-красный костюм. Она гладила пальцами сложную вышивку на рукаве, трогала пуговицы, собранные в диковинный узор. Маска-лисичка с острыми ушками лежала на лавке рядом.
Девочка выбрала образ и целый год готовилась ко дню, когда сможет покрасоваться перед друзьями. Но сейчас праздник был под угрозой.
- Знаю, ласточка, знаю! Давай не спешить! Нет причины не доверять Абелю… но и лишать тебя праздника я не хочу. Подождём…
Он потушил свечу, и в доме воцарилась тишина.
В деревне наступила ночь, и только в конюшне старик не спал, уставившись в потолок незрячими глазами, и слушал, как за стенами воет ветер.
Шли дни, приближалось зимнее солнцестояние. Деревня, вопреки страшным предсказаниям, оживала в предпраздничной суете: украшали ёлку ели, дома, приглашали гостей. Все готовили подарки, делились новостями и строили планы.
Абель после истерики на улице стал нелюдим и неразговорчив. Он не появлялся на улице в часы всеобщего оживления, а если и выходил, то сидел неподвижно на скамейке у дома, закутанный в старый плащ, лицо его было скрыто повязкой.
Как-то утром, застав его на привычном месте, к нему подошли соседи во главе с Захари.
- Абель, скажи, почему мы не можем праздновать Йоль? - Люди вокруг переглянулись, на губах играли улыбки.
Старик медленно повернул голову в сторону голоса.
- Почему же?! Празднуйте! Кто ж вам запрещает? - Он сделал паузу, а потом произнес очень тихо. - Только ради всего святого… не ходите к праздничному костру.
Захари замер на секунду, затем покрутил пальцем у виска и широко подмигнул своим товарищам. Те громко рассмеялись, и компания покинула старика.
Деревня раскололась надвое, не все считали Абеля чудаком. Многие помнили помощь старика и его участие в жизни деревни. Они договорились встретить ночь солнцестояния не на общем гулянье у костра, а в тесном кругу, за общим столом в доме Гаспара, подальше от звериных масок и дикого веселья.