Наступил вечер Йоля. Запахом хвои и печёных яблок наполнил дом кузнеца. Гости постепенно забыли о жутком пророчестве старика и были погружены в весёлые разговоры. Аннетта с подругами и их мамами накрыли щедрый стол, мужчины установили в углу пушистую ель. Абель тихо сидел у камина.
Тосты, смех и пожелания почти заглушали завывание вьюги за окном. Огонь в очаге озарял дом уютным светом и согревал души собравшихся.
Наступил тот самый момент разгара веселья, когда осторожность уступает место общей радости.
Именно тогда Аннетта с двумя подружками подбежала к родителям.
- Отпустите нас на улицу, хотим взглянуть на луну, поздороваться со звездами!
Гаспар долго сомневался, но кивнул уже почти выходившей из дома дочери. В проёме на мгновение мелькнул ярко-алый полог её платья.
Гости вернулись к беседам, шуткам, поздравлениям и планам на будущий год. Вдруг Абель встрепенулся и жестом подозвал кузнеца.
- Гаспар, я давно не слышу голоса Аннетты. Она с девчонками? Позови-ка её, хочу поблагодарить за её доброе сердце.
Кузнец подошёл к заледеневшему окну и вгляделся в темноту. На улице никого не было.
Внутри Гаспара что-то разорвалось. Он накинул тулуп и выскочил во двор, сражаясь с метелью, сбивавшей с ног колким снегом. Он позвал Аннетту, но никто не ответил. На дороге и во дворе было пусто, девочки исчезли.
«Значит, они все же отправились к костру». Кузнеца начала бить дрожь.
Гаспар, весь в снегу, снова переступил порог дома, и в этот момент все замерли: смех прекратился, разговоры остановились, все смотрели на хозяина дома.
- Девочки… Их нет во дворе. Кажется, они побежали к костру…- Кузнец дрожал и еле выговаривал слова; никак не мог прийти в себя.
- НЕТ! - Крик Абеля разорвал тишину. Он вскочил, в глазах его читался страх. - Гаспар! Сию же минуту! Одевайся! Беги за ними! Останови их! Беги!!!
Вместе с Гаспаром из дома выбежало несколько мужчин. Они надеялись, что самое страшное, что могло бы случиться, это акт непослушания и веселые танцы у костра. Они представляли, как нагонят своих дочек, отругают их, и на этом всё и кончится. Кошмар закончится. Пусть это будет просто страшной сказкой, фантазией сумасшедшего старика, которую они завтра будут вспоминать с улыбкой.
Мужчины бежали по сугробам, проваливались в них по пояс, скользили по льду, падали, поднимались и снова бежали. Никакой усталости; главное, не опоздать.
Деревню они пересекли быстро. Сразу за последним домом лес вставал сплошной черной стеной, а чуть в стороне, на опушке, должно было быть место празднования.
Ещё до появления Абеля, много поколений подряд, здесь зажигали священный огонь. Мысль о причинении зла возле него была невозможной. Никто не имел права ранить другого человека у Йольского огня. Это была древняя традиция, благодарность лесу и его духам, просьба о будущем урожае. Люди надевали маски зверей, на миг переставая быть самими собой, отдаваясь нутру, чувствуя дикую, первобытную свободу.
Дети в Йоль спокойно гуляли ночью по лесу. Это было самое безопасное место на свете.
Но теперь всё изменилось. И мужики, спотыкаясь в кромешной тьме, беззвучно молились, чтобы это «безопасное место» еще хранило их дочерей.
Впереди забрезжил свет. Они подбежали ближе.
Вокруг огня собрались разные звери: лисы, волки, медведи… а также ежи, даже курочки и поросята.
- Опоздали. - Дар речи вернулся к Гаспару.
К его ноге вдруг подбежала маленькая огненно-рыжая лиса. Она прижалась к его ноге, тихо заскулила и принялась тереться мордочкой. В отблесках огня на её шерсти замерцали капли, словно вышивка из хрустальных бусинок.
Гаспар со стоном опустился на корточки, а его трясущиеся руки дотронулись до лисьей мордочки. Зверёк потёрся о его ладонь, и вдруг метнулся прочь, растворившись в стае других зверей. В следующее мгновение новые жители леса скрылись в тёмной чаще.
Другие мужчины тоже издавали сдавленные звуки: кто-то звал дочерей по имени, кто-то не скрывал слёз.
Кузнец поднялся на ноги. Слёзы текли по его лицу, но он продолжал вглядываться в лесную тьму в надежде увидеть снова ту лисичку. И тогда за его спиной раздался хруст.
Это был Абель.
Сгорбленный старик на глазах становился больше и выше. Повязка спала с глаз, под ней открылось лицо молодого воина. Его лицо обрамляли длинные тёмные волосы, а глаза светились в темноте. На щеках его были два симетричных шрама.Лохмотья сменили латы, вместо палки Охотник держал в руках меч.