Но никто не должен был оставаться один в ночь зимнего солнцестояния. Самая длинная ночь в году несла с собой причуды богов.
Йоль был особенным временем в Анси. Жители города стекались в кабаре, ели досыта, много пили и громко пели. Центральные улицы сияли огнями, отражавшимися в водах канала Тью, что рассекал город надвое.
Были и те, кто уходил встречать праздник в горы или к берегу озера: они разжигали костры, возносили молитвы богам и Природе. Собираясь группами, с факелами в руках, они скрывались за вуалью вьюги. Церковь относилась к таким празднествам настороженно, но охота на ведьм закончилась три века назад.
И был тот, кто в этот ночной час стучал в двери трактира «Invité tardif» («Запоздалый гость»).
Жак вопросительно посмотрел на Мари: может, и не стоит впускать ночного путника, но та подтолкнула его к двери, снедаемая любопытством.
Муж провернул ключ в первом замке, втором, третьем, отодвинул засов и потянул дверь, которую уже давно следовало заменить. Та не поддалась с первого раза. Забрав немного ее веса на себя, Жак сделал усилие, и со скрипом, заглушающим даже вьюгу, дверь поддалась.
На пороге стоял высокий мужчина в черном плаще. В плену снежного вихря можно было различить лишь его силуэт, и это озадачило хозяев.
- Мсье! Я могу войти? – с трудом выговорил путник, голос его дрожал.
- О… конечно! – Жак протянул руку, помогая гостю переступить порог.
Тот вцепился в неё, сжал со всей силы и шагнул в обитель.
Стены трактира задрожали, скрипнули половицы. Пламя свечей, расставленных по залу, встрепенулось, тени вытянулись.
Мари испуганно выдохнула, ощущая, как дом оживает. Но взгляд её остановился на госте. Их разделяли всего несколько шагов и Жак, возившийся с упрямой дверью, однако они не спускали глаз друг с друга.
— Ну и вьюга! — Жак наконец одолел дверь и надёжно запер трактир, замуровав всех внутри. — Завтра займусь тобой, — буркнул он, обращаясь к деревянному массиву. — А вам, молодой человек… добро пожаловать в «Invité tardif». Будьте как дома!
— Буду, — едва слышно ответил гость и поднял глаза на Мари.
Глава 2. Йольский гость
В трактир вступил мужчина в черном плаще. Он сделал несколько шагов, медленно оглядывая место: столы, криво стоящие стулья, запах сажи и прелых досок.
- Спасибо, что впустили. Мне нужна комната на сегодняшнюю ночь.
- Добро пожаловать в трактир «Запоздалый путник», мсье! – Жак будто ожил, проснулось природное гостеприимство. Он распахнул руки, будто собираясь обнять гостя, но, не получив отклика, схватил его за руку и принялся энергично трясти. В его движениях появилось что-то чрезмерное: слишком широкие жесты, резкая улыбка, поспешная попытка приобнять гостя, от которой тот едва заметно уклонился. Тогда Жак схватил его за руку, боясь упустить путника. - Добро пожаловать! - О том, что минуту назад он сомневался, открывать ли дверь, хозяин мгновенно забыл. - Мари, милая, угости мсье твоей фирменной похлебкой! - Муж обратился к своей избраннице, но тут же заметил бледность на ее лице.- Дорогая, ты что, привидение увидела?!
Мари вздрогнула, словно очнувшись от дурного сна, и направилась к печи в дальнем углу, пряча глаза.
Первый этаж трактира совмещал в себе кабинет Жака, столовую, бар и площадку для танцев — смешение, которое вечно вносило хаос в жизнь трактира. В праздники сюда набивалось столько народу, что новые постояльцы не успевали вписать свое имя в книгу посещений, но сразу же смешивались с завсегдатаями, требующими еще одну кружку пива.
- Проходите, господин! Формальности потом! . В такую погоду на улице и врага не оставишь! - Жак подвёл гостя к столу с двумя жестяными кружками. — Садитесь, я сейчас вернусь. — И поспешил к жене.
Рядом со старым деревянным столом находилось окно, занесённое снегом, почти ничего не было видно за ледяной коркой. В камине горел огонь; и, похоже, этот уголок был самым уютным местом в трактире.
Гость снял плащ, повесил на крючок и вернулся к столу. На нём был тёмно-синий офицерский мундир: тускло мерцало золото пуговиц, галуны сверкали в свете огня, эполетты указывали на высокое звание. В его манерах ощущались воспитание и сдержанное достоинство. Жак это заметил и, улыбнувшись, поклонился ему из-за стойки, подгоняя жену с угощением.
Мужчина сел за стол, взял одну из двух кружек и сделал глоток. Что-то тёплое и слегка кислое обожгло язык, но приятно согрело изнутри. Он зажмурился и резко открыл глаза. Подоспел хозяин.
- Надеюсь, я не отнял чужую кружку, — сказал он. — У меня появилось странное чувство, что она стояла здесь для меня. Если я ошибся, я извинюсь и заплачу.
Жак тихо рассмеялся, ставя на стол поднос. Перед гостем появилась миска супа, напротив — другая, ещё одна с хлебом, овощами, чесноком и салом осталась посередине.
- Я женат уже 30 лет, - он грузно уселся на стул, - и каждый год в ночь на Йоль моя жена накрывает стол еще для одного гостя. Вначале все яства получает он, а потом - остальные члены семьи. - Жак разломал кусочек ржаного хлеба.
- Так… и для кого она это делает?
- Для Йольского гостя. Незванного путника, что приходит с метелями зимнего солнцестояния.
Мужчина внимательно слушал хозяина, не прикасаясь к еде.
- Значит, все-таки для меня? - усмехнулся он, неловко улыбаясь, боясь смущать хозяев.
- Ну что Вы… - Жак понизил голос и наклонился к гостю. - Она верит в призраков. И считает, что так может откупиться от их кары.
- … но за что карать её?! - Гость перевёл взгляд на Мари. Та, склонив голову, убирала следы готовки.
- Бог знает. - Жак принял обычное положение и продолжил хлебать суп. - Первые лет пять я пытался узнать, но она отказалась открыть мне этот секрет. Позже я просто смирился с этой ее причудой. Суеверия, знаете ли! Человеку легче жить, когда некоторые двери остаются закрытыми. Она предпочла остаться собой, а я — остаться рядом. А Вы что не едите?
- Я… не знаю. - Путник погрузил ложку в теплую похлёбку. - Только зашёл к вам, а столько интересного уже происходит!
- Добро пожаловать! - Жак громко выкрикнул и вновь раскинул руки вверх. В дальнем углу трактира дрогнула посуда; муж напугал Мари своим гостеприимством.
Мужчина улыбнулся и отправил первую ложку супа в рот.
- Ешьте, пока горячий, если остынет, потеряет вкус! Мари обходит рынки и мясные лавки по несколько раз, чтобы выбрать лучшие косточки для этого бульона! Коренья, ячмень…
- Похоже, вы и сами разбираетесь в готовке.
- Нет, я , только наблюдаю и помогаю. - Жак на секунду задумался, потом резко подскочил, едва не опрокинув стол. - Господь всемогущий! Я ведь даже не представился! Жак, Жак Матисс, к Вашим услугам! - И для приветственного пожатия он схватил руку незнакомца, в которой до сих пор находилась ложка.
- Очень приятно, Жак! Меня зовут Этьен Бертран.
- Этьен, добро пожаловать, мой друг! А вот и моя Мари!
Позади Этьена появилась хозяйка с новыми блюдами к праздничному столу. Заметив, какое место за столом выбрал путник, она побледнела и не смогла произнести ни слова.