- Довольно давно, - Этьен заглянул в кружку и поставил ее обратно на стол. - Моя семья происходит из древнего рода торговцев, они были у истоков «Порта Луны».
- А вы сами, Этьен? Чем занимаетесь? Как попали в Анси?
- Я служу во французской армии уже четвертый год, и вот, возвращаюсь домой.
- Прекрасно! Я, разумеется, заметил вашу форму, она безупречна! Как и молодость, Этьен! Такой юный и уже посвятили жизнь защите страны! Гордость переполняет меня, юноша!! За Вас! - Он поднял вверх и протянул к Этьену свою кружку. - Для меня честь встретить Ночь Йоля в такой компании. Мари!
Супруга Жака, занятая у печи, не спешила присоединяться к ним.
- Мари, оставь уже стряпню! В нашем трактире настоящий защитник, сильный воин из Бордо! Иди праздновать с нами Йоль! - сказал Жак, в голосе звучала привычная нежность.
Жена не откликнулась, а только громче застучала мисками. Жак ухмыльнулся и кивнул в её сторону:
- Она у меня, знаете ли, с характером! - Подмигнул он.
- Подожди, Жак, я буду через минуту!
Хозяин вновь повернулся к гостю.
- Этьен, Вы много где бывали?
- Да, служба обязывает.
- И много, что повидали?
- …иногда слишком. - Гость вновь с любопытством заглянул в кружку. - Жак, скажите честно: что мы пьем?
- В такую погоду, мой юный друг, ничто так не согревает душу и тело, как тёплое красное сухое вино! Оно способно вернуть человека к жизни!- Этьен острожно сделал небольшой глоток, будто проверяя слова хозяина.
- О, мой друг! Сами боги послали вас! Мы с женой посвятили жизнь этому трактиру и его гостям, были еще одним пунктом назначения в их путешествии. Но они шли дальше, а мы оставались здесь. Мы голодны до историй, до вестей из большого мира! Кажется, что мы увязли в трясине своих воспоминаний, обязательств. Мы стали привидениями, привязанными к трактиру. - К нему подошла Мари с подносом горячей еды, от которой шел аппетитный аромат. - Ведь так, любимая? - Он подтянул к себе жену.
Та смутилась, легко улыбнулась и посмотрела на гостя.
- Да, всё так. Мы будем очень рады, если вы скрасите наш вечер парочкой историй.
- Если вы, дорогой Этьен, еще не устали! - Поспешно добавил Жак.
Гость глянул на хозяев таверны, замешкался, проворачивая в руках жестяную кружку, потом немножко улыбнулся.
- Да, дорога была изнурительной, но я очень благодарен за приют и ужин! Что ж, как не в Йоль провести время у очага в доброй компании за причудливыми рассказами!? - Мари расставила миски и села рядом с мужем. Было видно, что они находятся в предвкушении. - Я знаю несколько историй; одни я слышал от друзей; другие - видел сам. И пусть первая будет о неистовой метели; ровно такой же, как сейчас за окном.
На севере Франции в старой церкви, отрезанной метелью от мира, шла служба. Священники и жители деревни славили Бога и читали Псалтирь. Пламя свечей выводило по стенам замысловатые узоры, воздух пах ладаном. Тихая снежная ночь, шепот молитвы, мягкий свет огня, согревающий душу.
Идиллия оборвалась мгновенно. Ржание коней и стук копыт молнией пронеслись по крыше, стенам со стороны улицы и на ступеньках у входа. Дикая Охота давно приметила тихую обитель, но они ждали ночи Йоля, чтобы славить своего бога.
Паника заполнила церковь в считанные секунды. Люди бросились к дверям, но священник запретил им выходить на улицу, там было опасно.
Мужчины встали у массивных дверей, две плотные линии, - им поручили никого не пускать и не выпускать. Женщин и детей вели к дверям подвала, месту защиты от чудовищ.
Всадники пытались попасть в священное место, кони выбивали стёкла из окон. Певчим было приказано заколотить проёмы лавками, столами, досками — всем, что попадалось под руку.
Один из певчих, мальчишка двенадцати лет, прижал спинку стула к разбитому окну и увидел всадника. Высокий, сильный воин в латах и шлеме, скрывающем его лицо, витал в воздухе и встретился с взглядом мальчика. Мир людей и мир духов. Мир правил и мир безудержной власти. Мальчик замер с деревяшкой в руках и ждал своей участи. Его и призрака разделяла только деревянная рама, которая вот-вот была готова упасть.
Мальчик был готов к смерти, на его губах застывала молитва. Он прощался с миром и семьей.
Всадник смотрел на него сквозь шлем, внимательно разглядывая и медленно поворачивая голову. Вдруг зеленоватый свет вспыхнул в глазах призрака, и он, не отводя глаз, смотрел на мальчика. Певчего свечение отвлекло от молитвы, и он, заворожённый, не смог отвести взгляд.
Через минуту сияние угасло. Всадник отошел от окна и исчез в лапах метели.
Певчий надёжно укрепил стул в оконном проёме,, заменив им разбитое стекло. Выбрался из завалов и паникующей толпы и, выйдя в центр, решительно направился к двери. Люди на его пути расступались, следуя какой-то необъяснимой силе.