– Ничего себе… Если он психанет, мало не покажется!
Мещерский сказал резко в невидимый для нас микрофон:
– Да, второй отдел подключить тоже!.. Бросить все силы на выявление. Докладывать мне лично! Кто, что, какие требования, если ли какие-то нити…
Двери распахнулись, в кабинет быстро вошли мужчины в настолько безукоризненных костюмах, что трудно заподозрить в таких аристократах офицеров разведки, хотя, если подумать, только такими и должны быть сотрудники высшего эшелона секретной службы.
Мещерский кивнул им на стулья у стола, все сели быстро и бесшумно, сведя к минимуму ерзанье задницами по сиденьям, поглядыванию по сторонам, все неотрывно смотрят только на Мещерского.
– Боевики захватили очень ценного для нас человека, – сказал Мещерский. – К сожалению, это далековато от нас. Район далеко в южной части России….
Я слушал тоже, одновременно просматривая карты и дополнительную информацию по тому району.
Патриотично настроенные россияне на зиму стараются перебираться на «свой» юг, что значит Крым и Краснодарский край, все-таки Сочи теперь не хуже курортов Франции или Испании, а уж про Египет, Турцию и Грецию и говорить стыдно. Туда едет на отдых только офисный планктон, а у серьезных и обеспеченных есть дома как на своем юге, так и купленные в теплых странах Европы в те времена, когда Крым был не наш, и даже Южная Осетия и Абхазия еще считались грузинскими.
Правда, в последнее время участились слухи, что туда проникают возвращающиеся в родные края боевики халифата, но массмедиа об этом говорят глухо, а местная полиция вроде бы на высоте и отлавливает их даже по внешнему виду, так как сторонники халифата упрямо сохраняют бороды, сбривая усы.
Один из офицеров раскрыл планшет и сказал:
– Аркадий Валентинович?
– Да, майор Поддубецкий, – ответил Мещерский.
– У Абигель Сенченко, – сказал майор, – приличная пятикомнатная квартира в центральной части Москвы, домик в Англии и еще один в Испании. В Англии вилла с бассейном десять на двадцать, а в Испании на берегу моря.
– Девочка не бедствовала, – сказал кто-то с сарказмом.
– Да, как-то перебивалась, – ответил Поддубецкий. – Хотя и жалованье у нее там неплохое, пятьдесят тысяч долларов в месяц, жить можно.
– Так она еще и работает?
– Да, – ответил он, – и довольно успешно. Коммерческим директором в строительной мегакорпорации. Но взяли ее здесь, в нашей стране.
Кто-то из сотрудников проворчал:
– Пока еще в нашей… Но если будем вот так пропускать ребят халифата на земли России, и ее отберут.
Мещерский сказал строго:
– У них здесь дома, российские паспорта. А доказать, что воевали за халифат, а не подрабатывали на чужбине, собирая бананы, не так-то просто. Но работу ведем, просто поддержка местного населения оставляет желать лучшего.
Поддубецкий спросил деловито:
– Требования какие-то выставлены? Выкуп?
Мещерский покачал головой.
– Никаких.
– Как это… так не бывает.
Поддубецкий поморщился.
– Вы же знаете, еще как бывает. Сперва спрячутся, а потом выдвигают условия. Особенно если украл не один, или группа с одним жестоким лидером, а группа сообщников. Они сперва еще договариваются о разделе выкупа.
– Значит, варианты могут быть разные?
– Могут, – согласился Поддубецкий, – но то, что это внучка Стельмаха, говорит о многом. Похоже, это был запасной план. Они ждали, что нападение на его коттедж окажется удачным, но на всякий случай подстраховались. И как только пришло сообщение о неудаче, тут же пошла команда взять его внучку.
Мещерский сказал невеселым голосом:
– Кто это мог быть… Ладно, начнем проверки.
Поддубецкий сказал быстро:
– Надо немедленно отправлять группу.
– Не дожидаясь их требований?
– Требования будут, – заверил Поддубецкий. – Но надежнее для нас, если группа спецназа будет уже в пути.
Мещерский кивнул.
– Да, это не будет лишним. В лучшем случае вернутся. Хорошо, отправляйте немедленно. Я бы посоветовал взять Коротенко, Гаврилова и Буланого с их группами…
Ингрид посмотрела на меня, я смолчал, она пихнула локтем и сказала громко:
– Аркадий Валентинович, это часть нашей операции.
Он быстро повернулся к ней.
– Что вы имеете в виду?
– Полагаю, – ответила она быстро и кивнула в мою сторону, – вон профессор Лавронов уже выразил готовность немедленно приступить к поиску и освобождению заложницы.
Мещерский в удивлении посмотрел на нее, перевел взгляд на меня. Я покачал головой.
– Капитан Волкова, – ответил он, – вы хоть кадровый сотрудник, а Владимир Алексеевич серьезный ученый, который оказал нам неоценимую услугу в переговорах, но он не должен лезть под пули.