Поплакала Лизка уже дома. Макс никуда не уехал, остался с ней. Она включила мелодраматичный сериал, предупредив, что собирается смотреть грустный фильм и наверняка будет плакать, и разрыдалась на первой же сопливой сцене.
Виноградов, утешая, влил в нее еще одну бутылку красного вина.
Глава 8
Глава 8
– Что за хрень… – пробормотал Макс и снова набрал Лизкин номер.
Похрен, что время было позднее и стояла глубокая ночь. Когда первый раз не смог дозвониться, не особо волновался. Подумал, что занята и звонок пропустила. Бывает такое, ничего страшного. К тому же Лиза всегда перезванивала, да и вообще всё время держала его в курсе, где находилась, чем занималась, во сколько из дома вышла и как поздно вернулась. Ему это нравилось, он был спокоен, что с ней всё в порядке. А тут весь вечер и полночи – глухое молчание...
– Макс, пусть девчонки развлекутся, чего ты дергаешься? – усмехнулся Чистюля, наблюдая за Скифом, который снова прослушав череду гудков, начал мерить кабинет быстрыми шагами. – Молодые же, им танцевать охота, веселиться.
– Чего-чего? – Виноградов застыл как вкопанный, замерев на лице Чистюли хмурым взглядом.
Кир сидел за столом и работал с документацией, но в этот момент поднял на Скифа взгляд и сказал чуть растерянно:
– Я думал, что ты знаешь... Во «Фридрихе» они. Девичник у них там, вечеринка.
Макс на мгновение онемел, чувствуя, как кровь стукнула в голову, потом произнес чуть севшим от злости голосом:
– Ладно, эти две курицы… А с тобой что случилось? Совсем мозг поплыл? Не мог раньше мне сказать?
Кир откинулся в кресле. Ему не понравилась реакция Виноградова, но он сдержал раздражение, зная, что причина злости Макса глубже, чем может показаться на первый взгляд.
– Откуда я знал, что ты не в курсе? Ева у меня спросила, не буду ли я против, если она устроит для своих девочек вечеринку. Я не против. Я даже не вмешивался в это. Она сама организовала, потом сказала мне место и время. Всё, – терпеливо объяснил Молох. – Честно, Макс. Сам видишь, работы море, чтоб еще этим заморачиваться. Мне и в голову не пришло, что тебе не сообщили. Это ты с Лизой разбирайся, а не со мной.
– А с Лизой у них свободные отношения, – вставил Чистюля.
Скиф проигнорировал иронию Керлепа.
– Хорошо, – кивнул он, глядя на Кира. – Почему не здесь? Потанцевать они хотят, повеселиться? Вон! – выбросил руку вперед, указывая на дверь. – Весь танцпол в их распоряжении! Отдал бы им клуб на ночь, пусть упляшутся в усмерть! Какого хера во «Фридрихе»? Любой ночной клуб – это место съема баб. Блять, вот не мне вам рассказывать…
Молох вздохнул.
– Макс, всё под контролем…
– Под каким контролем?! Сейчас они нахуйкаются всей толпой и лови их потом…
– Они с охраной, к ним никто не подойдет.
Виноградов тяжело выпустил воздух из легких. Понимал, что Молох говорит разумные вещи, но в собственных эмоциях разумного не было. Его охватило липкое и неотвязное чувство, неприятное и хорошо знакомое. Непреодолимое. Засевшее где-то глубоко на подкорке. Страх боли, страданий. Страх снова потерять того, кого любишь. Именно он стоял перед ним стеной. Именно он не давал двигаться дальше.
– Смысл, не в том, что я против, – уже спокойнее сказал он, вытащил из ящика стола сигареты и закурил. – А в том, что я должен был об этом знать.
Стоя у стола, Макс сделал несколько быстрых затяжек и немного успокоился.
– Я понимаю твое беспокойство, – сказал Кир.
– Не понимаешь, – глухо ответил Скиф, не глядя на друга. – И не дай бог тебе это понять. Это не вопрос доверия. Вокруг много плохих людей. Плохих и очень плохих. Девочки даже ойкнуть не успеют, если кто-то захочет сделать им больно.
– С ними охрана, – повторил Кир.
– И слава богу!
– А много там подружек? Симпатичные? – спросил Чистюля.
– А поехали познакомимся, – Макс хлопнул Илью по плечу и указал на Молоха: – Ты пока доберешься, Чистюля уже всех подружек твоей жены по очереди переимеет, напомнит тебе, как это делается.
Ткнув недокуренную сигарету в пепельницу, Макс выхватил из шкафа кожаную куртку и выскочил из кабинета. Чистюля, захватив пальто, вышел следом.
Оставив свой автомобиль у клуба, Илья уселся в «гелендваген» Скифа.
По дороге Виноградов утихомирился, даже повеселел, но охрана на дверях «Фридриха» снова его выбесила.
– Чего-чего? – спросил Макс и глянул на бритоголового, как на полоумного, когда услышал просьбу отойти в сторону, дескать, не проходит он.
Второй охранник был посмекалистее и, узнав гостей, тут же осадил первого, извинился за ошибку и впустил Скифа с Чистюлей в заведение.