– Жажда замучила, – хмыкнул Чистюля и снова пошел к фуршетному столику, пытаясь избежать участи стать объектом насмешек Скифа.
– Точно жажда? Мне кажется, нашего Илю что-то другое замучило, но только не ладится у него что-то с Владой, да?
– Вообще не ладится, – серьезно подтвердила девушка. – Я его терпеть не могу, он меня тоже. Мы тихонечко ненавидим друг друга и стараемся не замечать.
– По-моему, он тебя очень даже заметил, – отметил Кир с усмешкой.
– Это случайность. Просто он меня ни разу до этого в платье не видел.
Макс тоже не поверил в ее слова:
– Не может такого быть. Чистюлю все бабы любят.
– Возможно. Но я же не все бабы, – спокойно отреагировала Влада на его замечание. – Бывают же ситуации, что люди испытывают друг к другу антипатию? Ты же тоже не всех баб любишь, раз жениться собрался, логично?
После слова «логично», расхохотался не только Макс, но и Кир с Евой.
– Что не так? – спросила Влада, чуть растерянно оглядев лица друзей.
– Мы не над тобой смеемся. «Логично» – это любимое слово Чистюли. Сказала бы даже, суть его мышления, – мягко пояснила Ева. – У него всё логично и по правилам, и любое отступление от привычной схемы выводит его из себя.
– В его неприязни ко мне тоже есть своя логика. Я сейчас у Лики живу, и он, конечно, опасается, что я нагло ее использую. Он хороший брат, и я его понимаю, но это не дает ему право меня обижать. Я ничего такого не сделала и не собираюсь бесконечно пользоваться добротой подруги.
– Отлично, – подытожил Макс. – Будет приставать – не давай.
– Не спать с ним? – уточнила Влада.
– Да. Не спать. Я тебе даже приплачу, хочешь?
– За что приплатишь? Чтобы я с Илей не спала? – еще раз уточнила она, слегка нахмурившись.
– Ага, – посмеялся Макс. – Пусть хоть кто-то его продинамит.
– Это как проституция, только наоборот, да? – Влада задумалась. – Не надо. Я его задаром подинамлю.
– Бля, ты мороз, – Виноградов усмехнулся невозмутимости, с которой держалась Влада.
Не удивилась, не оскорбилась. Если и смутили ее такие откровенные разговоры, то она никак этого не показала, даже лицо у нее не зарумянилось.
– Угу, Мороз, – улыбнулась она. – Мороз моя фамилия.
– В реале ты Влада Мороз? – спросил Кир.
– В реале я Влада Мороз, – подтвердила она, засмеявшись.
Глава 26
Глава 26
Если и бывает пик нежных чувств, небывалая их концентрация, то сегодня именно такой день. Не зря все эти слова произносят. О том, как два сердца соединяются, две души сплетаются, и мужчина с женщиной, становясь единым целым, без сомнений, страха и недоверия теперь рука об руку идут одной дорогою.
Лизка – такая счастливая, невероятно красивая и трогательная с блестящими от слез глазами.
Максим – непривычно сдержанный и спокойный, но такой же счастливый, как вторая его половинка.
Глядя на них, Ева вспомнила свою свадьбу, и к сердцу тут же прилила горячая волна.
– Ты-то чего так переживаешь? – шепнул Кир, заметив волнение жены. – Всё же в порядке. У тебя всё получилось. Мы всё успели, смотри, как наша парочка счастлива.
– Я знаю, – чуть заметно кивнула Ева. – Мне так радостно за них обоих, потому и волнуюсь. Я знаю, как Лизе было тяжело, чего она боялась, о чем мечтала. Знаю всю ее боль, а теперь у меня на глазах сбывается ее мечта. Чувствую себя волшебницей, потому что церемония именно в нашем доме происходит… – Ева замолчала: грудь стиснуло от щемящих чувств.
Скиф – это Лизкина мечта, ее жизнь, ее будущее.
Говорят, что нельзя растворяться в мужчине, отказываться от своего мира и терять себя. Это опасно и зловредно для личности. Можно. Иногда жизненно необходимо для полного и всеобъемлющего счастья разрушить свое прошлое, стереть его до основания, чтобы построить что-то новое, важное, крепкое. Иногда нужно раствориться в человеке, чтобы научиться любить себя.
Когда все главные слова и клятвы были произнесены, надеты кольца, и мужу разрешили поцеловать жену, Макс шагнул к Лизавете. Он взял в ладони ее лицо, не боясь испортить макияж, и крепко прижался к ее губам. Несдержанно и порывисто, за что получил одобрительные возгласы друзей и дополнительные «горько».
Потом объявили первый свадебный танец молодых. Вопреки традициям, решили сделать его не в разгар веселья, а в начале торжества, пока невеста еще уверенно стоит на каблуках.
– Это и правда наш первый танец, – сказала Лиза, улыбнувшись. – Я не помню, чтоб мы когда-то с тобой танцевали.
– Лизок, у нас вся жизнь впереди, натанцуемся еще.