— Сабант силен вечной старостью своих слуг, — произнес камень после небольшого раздумья.
— Что это означает? — спросил скиф, старательно изображая недоумение. На самом деле он понял суть подсказки.
Камень радостно захихикал:
— Не скажу! Не скажу! Думай сам!
— Ладно, — легко согласился скиф. — Буду думать. А теперь подскажи мне, где искать Сабанта.
— В этой зале три двери. Любая приведет тебя к нему.
— Ну, спасибо тебе, размалеванный булыжник!
— Не стоит благодарности, неотесанный скиф, — не остался в долгу оракул.
Скилл огляделся по сторонам, прикидывая, какую из Дверей избрать. Он остановил выбор не на самой ближней и не на самой привлекательной: скиф пришел к выводу, что дворец, как и весь подземный мир, живет иными категориями. Решительно подойдя к выбранной двери, Скилл распахнул ее и отшатнулся. Прямо за порогом виднелись громадные силуэты черных витязей. Моментально отпрыгнув назад, Скилл бросился к соседней двери. Но и за ней оказалась шеренга монстров. Скиф устремился к третьей, последней, двери. Однако и здесь стояли ужасные слуги Сабанта. Голосок у цветной глыбы зашелся от восторга:
— Люблю повеселиться!
— Я тоже! — пробормотал скиф, выхватывая из ножен акинак. Блестящий клинок обрушился на отливающую матовым светом грань, и говорливое творение Сабанта разлетелось на сотню блестящих осколков.
Теперь надо было выбираться из западни. Черные витязи, рассредоточившись в цепь, окружили Скилла кольцом, отрезая ему пути к бегству. Громадные руки жадно тянулись со всех сторон к желанной добыче. Исторгнув яростный вопль, Скилл с акинаком в руке устремился вперед — прямо в гущу гигантов. Так поступали искавшие смерть бойцы. Скиф же больше всего на свете сейчас хотел жить.
Глава 6
КОЛОДЕЦ
Храбрым должно везти, иначе мир был бы слишком несправедлив. Скилл прорвался, счастливо избегнув смертельных объятий. Акинак поразил троих черных витязей, прежде чем — после неточного удара — сломался о чешую волшебной брони. Но проделанной в стене чудовищ бреши оказалось достаточно. Скилл проскользнул в нее и бросился бежать прочь по Коридору в неизвестность. Черные витязи гулко топали позади.
Но судьба явно благоволила к Скиллу. Он во второй раз за этот день попался в ловушку и второй же раз выскальзывал из нее. Когда подземный тоннель начал ветвиться, Скилл избрал иной путь, чем тот, который предлагал ему Коридор. Он уже понял, что коварный Коридор, подобно камню, играет в свою игру. Скилл свернул направо, где тона стен отливали угрожающе черным. Интуиция привыкшего ходить по грани лезвия воина подсказала, что следует избрать именно этот путь. Скилл доверился ей и спустя мгновение с нескрываемым удовольствием наблюдал за тем, как черные витязи, утробно дыша, сворачивают в противоположный тоннель. Дождавшись, когда глухие отзвуки их шагов растворятся вдали, Скилл медленно двинулся вперед, гадая, куда заведет его судьба на этот раз.
Как и прежде, Коридор неистово петлял. Он закладывал виражи и спирали, нервно дергался из стороны в сторону. Лишь в одном он был постоянен — Коридор уводил вниз, в глухие подземелья дворца, а может быть, и еще ниже — туда, что уже не являлось дворцом. От этого стремления вниз исходила смутная угроза. Пару раз Скилл замедлял шаг, готовый повернуть вспять, и лишь громадным усилием воли заставлял себя следовать дальше.
По мере продвижения вперед с Коридором происходила метаморфоза. Пористый материал стен постепенно менялся. Он уже почти не светился, все более походя на обычный серый камень. Спустя какое-то время стены потухли совершенно, приобретя неестественную гладкость, отчего стало казаться, что они облицованы полированным пепельным мрамором. В гробовое безмолвие, насыщенное темнотой, ворвались странные звуки, напоминавшие тяжелое утробное дыхание, словно кто-то громадный надсадно хрипел простуженными легкими. Скиф насторожился и слегка замедлил шаг. И в этот миг Коридор резко ушёл вправо, после чего разлился в громадную пещеру.
Впрочем, если присмотреться, место, в котором очутился Скилл, было даже не пещерой, а искусственно созданной полостью, в духе архитектурных деяний Аримана. Размерами и формой полость походила на ту, в которой происходил высокий суд, решавший некогда участь души Скилла. Блекло светящийся свод уходил вверх на два полета стрелы, а посреди правильной формы амфитеатра чернело очерченное невысоким парапетом отверстие, из которого лениво поднимался столб пара. Подле парапета на небольшом возвышении стоял высокий худой человек, облаченный в длинную, до пят, тунику. Эта туника состояла из двух кусков материи — белой и черной; преобладал черный цвет, из чего Скилл сделал вывод, что человек служит скорее злу, нежели добру. Так как, по уверениям Вюнера, во дворце жили лишь он и Сабант, то Скилл мог смело сделать вывод, что перед ним не кто иной, как сам маг Сабант, последний из Двенадцати великих, назначенный Ариманом нести в мир тьму.