Однако надо было спешить. Скоро туша Ажи-Дахаки исчезнет в кипении огненного кольца, и Дракон никогда не сможет вернуться в Серебряный город. Скилл поспешил назад. Осторожно ступая по мертвому телу монстра, он пересек кольцо и закричал:
— Дра-а-акон!!!
Повторного приглашения не требовалось. Эллин видел, чем закончилась схватка, и бежал навстречу Скиллу. Подобрав на ходу лежавший неподалеку от мертвой лошади лук, Дракон, задыхаясь, предстал перед Скиллом.
— Мы победили. Дракон! Победили! А теперь быстрее на тот берег!
— Да, ты победил дракона, — задумчиво произнес эллин. — Ты победил дракона-монстра, посмотрим, сможешь ли ты одолеть дракона-человека.
С этими словами Дракон бросил лук и золото наземь и выхватил из-под полы туники короткую трубку, как две капли воды похожую на ту, что были у живых мертвецов Аримана.
Скиф остолбенел от неожиданности.
— Дракон, ты что? Ты в своем уме? Не шути…
— Какие могут быть шутки! — Эллин осклабился. — Это жезл Аримана. Он поопаснее твоего лука. Поэтому стой на месте. И не пытайся бежать.
— Имя! — воскликнул Скилл. — Откуда ты знал мое имя?!
— Догадался, щенок! Его мне сказал Ариман! Ты сделал большую глупость, взяв меня с собой.
— Я сделал глупость раньше, — прошептал Скилл. — Ведь Сфинкс предупреждал меня прошлой ночью…
— Старый дурак еще поплатится за это. А ты напрасно пытался бежать из города и вновь нанес ущерб Ариману. Жил бы себе поживал в Синем городе, и Хозяин оставил бы тебя в покое.
— Ты предал меня. Но как ты мог?
— Предал? Я — верный слуга Аримана. Я был им всю свою жизнь и останусь навечно. Когда моя душа будет призвана в Чинват, Ариман дарует мне новое тело, и я буду вновь служить ему долгие годы. Ты растаял от моих побасенок про Элладу и несчастного изгнанника Дракона. Да, я был эллином. Я был архонтом. Но я отнюдь не несчастлив… Проклятые афиняне изгнали меня, и я поклялся отомстить. И поэтому я служу Ариману, так как он ненавидит эллинов, и недалек тот день, когда Эллада падет под натиском черных легионов. И тогда Ариман вернет мне Афины. Я вновь буду править этим городом. Править, как угодно Ариману! А сейчас сойди на землю. Мы дождемся, когда огненное кольцо поглотит старого Ажи-Дахаку, после чего вернемся в Синий город, где тебя уже поджидают жрецы Аримана.
— Обожди! — Дракон остановил его движением руки. — Сначала брось в кольцо свой акинак.
Скиф медленно расстегнул перевязь, меч прокатился по броне Ажи-Дахаки и зацепился за одну из чешуек.
— Ладно, — решил Дракон. — Стой, где стоишь. Я подниму меч сам.
Настороженно поглядывая на Скилла, Дракон задрал ногу и наступил на хвост поверженного монстра.
Скилл вздрогнул от дикого крика. Широко разинув рот, эллин орал, а ноги его обтекали белые сверкающие искры, рожденные слиянием Ажи-Дахаки и огненного кольца. Притянутые медными подошвами, эти искры пронизали тело Дракона, заставляя его биться в страшных конвульсиях. Вырвался из ослабевших рук и исчез в пламени жезл Аримана. Искры поднимались все выше и выше, вот они объяли живот и доползли до сердца. Крик оборвался. Схватившись за горло, Дракон рухнул в лаву огненного кольца. Тело его вспыхнуло и исчезло в языках пламени.
В этот миг туша Ажи-Дахаки вздрогнула и начала распадаться. Скиф поспешно схватил лук и сумку с золотом. Балансируя на трескающейся броне Ажи-Дахаки, скиф перебежал на другой берег, спрыгнул на землю и замер. Рот медленно раскрылся от изумления. Да, такого он не ожидал. Броня дракона оплывала прозрачными каплями, обнажая нутро — чудовищное сплетение хитроумных механизмов. Ажи-Дахака не был живым существом, но лишь механической куклой!
Кукла!!!
Скилл сел на землю и уронил сразу ослабшие руки на колени. Он не шевелился до тех пор, пока на противоположном берегу не собралась толпа возбужденных горожан, указывавших перстами на догорающие останки Ажи-Дахаки и на недвижного скифа.
Вскоре к горожанам присоединились жрецы Аримана. Их взгляды горели злобой, и Скилл поспешил уйти.
Спустились сумерки. Скиф вступил в темный первобытный лес. Не боясь никого и ничего, он заснул.
Когда же Скилл открыл глаза вновь, над лесом пылало огромное солнце.
А в сумрачной, продуваемой горными ветрами пещере мудрец Заратустра скажет льву, смирно лежащему у его ног:
— Чтобы у человека не было недостатка в своем драконе, сверхдраконе, достойном его, для этого должно еще много горячего солнца пылать над первобытным лесом!
И вместе со Скиллом он посмотрит на ослепительный диск солнца. И солнце заглянет в их души.