Из-за двери рядом доносятся звуки какой-то невнятной возни, кто-то ходит, вроде один. Заходить я не стал, а просто постучался в дверь, вежливость — вещь хорошая! Ну и, как в том старом анекдоте про чукчей и подводную лодку, «я в дверь постучал — они мне и открыли»! Только дожидаться, когда из-за двери кто-нибудь выглянет, я не стал — когда дверь наполовину открылась, ударил по ней даром. Сдавленные маты, звук падения. Тут же врываюсь в комнату и сходу пинаю в лицо сидящего на заднице мужика.
— Лежать, тварь! Мордой в пол! Живее! — пинаю в живот ошеломлённого мура. — Руки на затылок! — ещё пинок под рёбра. — На затылок руки, сказал! — нехрен тормозить, последние сутки у меня выдались напряжённые.
— Мужик, не надо, — голос дрожит, тело также бьет мелкая дрожь, неслабо я его напугал, однако, но жалости к мурам быть не может в принципе. Люди, которых они на органы разбирали, может, тоже просили «не надо» — Я тут… при складе… завхоз, вроде.
— Дёрнешься, мозги вышибу! — мне, честно говоря, всё равно, кто он тут, главное, дорогу до выхода из здания знать должен.
Я наскоро связал ему руки за спиной оторванным от настольной лампы проводом и скомандовал:
— Подъем! На выход.
Мужик неуклюже поднялся, вышел за дверь и встал. Я тоже остановился — чего это он? Поинтересовался:
— Чё стоим?
— А… дальше к-куда?
— Ты не знаешь, где выход? — вот такого «расклада» я точно не ожидал.
— З-знаю.
— Ну так иди, баран! — тычок стволом автомата в затылок. — Перед выходом остановишься.
— Пришли, — сказал «завхоз», остановившись в небольшом холле, куда мы пришли всего после нескольких поворотов. Всего несколько поворотов, но я один бы мог тут долго плутать.
— К стене лицом, на колени, — скомандовал я. — И тихо.
Мужик слушался беспрекословно и, кажется, находился в предобморочном состоянии от страха. Я осмотрел пространство, насколько смог, чуть отодвинув край шторы, которой было занавешено окно рядом с входной дверью — вроде никого, хотя тут не мудрено чего-нибудь или кого-нибудь не заметить — в предрассветных сумерках что-то горит, кто-то где-то орёт, но стрельбы я больше не слышу, а это плохо!
Открыв нараспашку дверь, аккуратно, чтобы не маячить в дверном проёме, и отступив вглубь холла, я скомандовал шёпотом, есть такой — командный шёпот:
— Завхоз! Встал и в дверь бегом! Бегом, я сказал! — пинок под зад придал муру нужную скорость.
Конечно, то, что он выбежит из двери без приключений не даёт гарантии, что и для меня путь окажется безопасным, но хоть какая-то проверка. Но он не выбежал, точнее, выбежал не без приключений — успел пробежать только метра три, и в него всадили короткую очередь откуда-то из-за угла дома, и покидать здание этим путём мне резко расхотелось.
Я наблюдал, и думал, что делать дальше, когда от того же угла из-за которого пристрелили «завхоза», раздался отчётливый и какой-то приглушенный хруст — так хрустят суставы у людей больных артритом. А потом знакомый голос позвал негромко:
— Скил?
— Да, я.
— Это я, Дед. Выходь, паря. Нет тут никого пока больше, токмо не шуми.
ЧАСТЬ 30
— Дед, ты как тут оказался?!
— Ногами пришёл, — усмехнулся в бороду Дед. — Ты, паря, не шуми, пойдём вон тудыть, к сарайке.
— Ага, — кивнув, я поспешил за Дедом, но расспросы не прекратил, хоть и сбавил громкость возгласов, — Это понятно, но как ты узнал, где я? Ты ведь за мной пришёл?
— За тобой, друг твой, Маньяк, подсказал.
— Маньяк?! Как он? Стоп! А он откуда узнал, где я?! — Дед в ответ досадливо сплюнул, и я постарался справиться с одолевавшим меня любопытством. В самом деле, не время сейчас вопросы спрашивать. — На базу муров, похоже, кто-то нападает.
— Хто-та! — усмехнулся Дед. — Мы с Маньяком и нападаем.
— Вдвоём?!
— Зачем вдвоём? Проф ещо!
Проф! Ну да, конечно! Это в корне меняет дело! Похоже, в нашем полку психов-бойцов гораздо больше, чем думал Меломан. Внезапно нагрудный карман Деда заговорил голосом Маньяка:
— Дед, у нас проблемы, можешь говорить? Приём.
Дед чертыхнулся и достал из кармана рацию.
— Агась, чего приключилось? Принимаю.
— Меня зацепили немного, Проф влез помогать и сам две пули схватил, я его оттащил, жить будет, но сам передвигаться не может, ну и я в скорости потерял чутка. Ты Скила нашёл? Приём.
— Да. Он рядом. Жив-здоров. У вас тама как? Принимаю.
— Это хорошо! Нас поджали у курятника, но в лоб идти ссут, наверно, думают, что нас здесь полк. Вы пошумите там, а мы к поваленному насесту отойдём. Приём.