Ингус последовал за дворецким и был весьма рад узнать, что искомый зал располагался в нескольких шагах от входа. Он был достаточно измотан привыканием к условиям Ктории и желал поскорее куда-нибудь присесть. Успев незаметно для сопровождающего промокнуть испарину со лба, Ингус распрямил спину и зашел в помещение. Присутствующих было немного. Всего двое. Ваду Варайя расположилась в мягком кресле. Подле нее сидел старший сын. Как слышал Ингус и теперь убедился в этом сам, Ригрих очень походил на своего отца, покойного императора. Его мать сохранила свою красоту, однако от взгляда Ингуса не ускользнула грусть в ее больших глазах. Дверь закрылась, оставляя их наедине, и он, приблизившись, склонился в приветственном церемониальном поклоне.
– Рада встрече, нар Зор, – с легкой улыбкой произнесла Варайя. – Или вернее винетар Зор. Надеюсь, ваши дела процветают?
– Вашими стараниями, ваду, – ответил Ингус, с трудом привыкая к новому обращению.
Варайя внимательно посмотрела на него и сделала короткий взмах, указав на стул, стоящий поблизости. Его словно специально поставили так, чтобы он не сильно выделялся при входе, и стоял на приемлемом расстоянии от кресла. Ни слишком далеко, но и не вплотную. Зор с благодарностью во взгляде сел, сразу почувствовав себя лучше.
– Мы давно не виделись, Ингус, но сейчас здесь нет посторонних и соблюдать этикет ни к чему, – сказала Варайя, снова взглянув прямо в глаза Зору. – Можешь звать меня по имени.
Он был другого мнения.
– Не согласен, ваду. Совместное обучение не дает мне права так фамильярничать. К тому же, смею заметить, что и раньше мы придерживались традиций.
Варайя подняла руку и прикоснулась свернутым платком к губам, прикрыв их. Зор удержался от улыбки, вспомнив, как она так же поступала в прошлом, чтобы скрыть свое смущение. Впрочем, иногда Варайя Рдах прятала таким образом свое раздражение.
– Пожалуй, ты прав, – согласилась она и тут же поправилась. – Вы правы, винетар Зор.
Он довольно кивнул головой и перевел взгляд на Ригриха. Тот сидел с немного отрешенным видом, наблюдая за разговором гостя и своей матери, и казалось не выказывал никакой заинтересованности. Слухи опять же были верны. Именно таким всем представлялся старший сын императора, и он, по мнению Зора, совсем не походил характером на своего отца.
– Смею спросить, ваду, для чего меня одарили таким титулом и вызвали на Кторию?
Ингус не имел привычки ходить вокруг да около, предпочитая сразу выяснить все. Варайя тоже хотела поскорее ввести его в курс дела.
– Вот именно поэтому я и позволила себе побеспокоить вас, – сказала она и промокнула глаза. – С тех пор, как погиб Туриан, я не находила себе места. Во дворце полно сочувствующих, но от них нет проку. Советники были лишь озабочены преемственностью. Они ничего не говорят нам о расследовании в деле Туриана, списывая все на ошибку пилотов, но мой второй сын, Муриани, совершенно уверен, что никто из них не мог так ошибиться. Кроме всей суматохи с претендентами, после окончания траура, внезапно обнаружилось, что реликвия из хранилища пропала. Представляете мой ужас? Скипетр провидца исчез из дворца. Если об этом узнают, то разразиться настоящий скандал и паника. Я не могу никому доверить это дело, кроме вас.
– И поэтому вы решили привлечь меня, введя в императорский двор в качестве наставника ваших сыновей, – проговорил Зор, – чтобы было легче раскрыть это дело.
Варайя кивнула и ее, прежде потухшие, глаза загорелись надеждой.
– Конечно! Я прекрасно помню, как вы были искусны в прошлом. Закончили с отличием, став прекрасным инженером, а затем были завербованы Главным Управлением. Честно, я до сих пор не понимаю, какую власть они сосредоточили в своих руках. Открыто привлекать Управление мне бы не хотелось.
– Однако вы в курсе, кто перед вами, – констатировал очевидное Зор.
– Особый агент империи, – с некоторым волнением произнесла Варайя. – Туриан рассказал. Уверена, он поддержал бы меня в этом решении.
Она снова поднесла платок к глазам, нисколько не играя в безутешную вдову императора. Зор не сомневался в ее искренней любви к Туриану. Притяжение между ними двумя он заметил еще давным-давно.
– Хорошо, – согласился, потерев ноющий висок. – Это серьезное дело, и я постараюсь найти вора. Однако мне интересно, станет ли ждать совет девяти, пока отыщется реликвия?
Варайя вздохнула. Ригрих, сидевший неподвижно словно статуя, впервые пошевелился и произнес:
– Отнюдь. Они не станут упускать такую прекрасную возможность все переиграть.
– Согласен. Есть ли среди претендентов достойные, кроме вас, естественно? – спросил Зор.