Рох не стал больше возражать и смотрел на Зора исподлобья.
– Хорошо, мы принимаем ваши доводы, – кивнул председатель. – У обвинения есть еще дополнения?
– Небольшое отвлечение, если позволите, но оно напрямую связано с делом, – произнес Ингус и, получив одобрение комиссии, обратился к репортерам. – Известно ли вам, что Дин Рох более тридцати лет назад являлся вторым из претендентов на титул правителя империи?
– Да, это так, – подтвердил воодушевленно один из приглашенных. – Первым тогда был покойный ныне Туриан Туш.
Ингус довольно прищурился и повернулся к Роху.
– Да, а еще были другие, не такие именитые, – проговорил он медленно, глядя в упор на советника, – нар Вир, нар Хид и нар Аят. Кто-нибудь помнит их?
Репортеры перешептывались. Представители знатных родов недовольно взирали на Зора. Никто не ответил на вопрос.
– Конечно, – усмехнулся Ингус. – Упоминания о них стерлись в памяти общественности. Остальные главы родов предпочитают делать вид, что не помнят. Между тем, все трое были так или иначе уличены в заговоре против императора, растратах, превышении полномочий. В результате их потомки потеряли титулы и сгинули, но не все.
Ингус замолчал, позволяя репортерам додумать самим. Он постоянно поворачивался ко входу, раз за разом надеясь увидеть там одного из следователей. Слишком долго разыгрывать плохую партию не получиться. Все попытки стороны обвинения уличить Роха были недостаточными. Он легко мог опровергнуть все сказанное. Никто из судебной комиссии не взял бы на себя смелость вынести приговор на основании таких жалких свидетельств. Все это было одним сплошным блефом, на который решился Ингус.
– Хотите сказать, что погибший советник Вир принадлежал именно к той семье? – удивленно спросил один из репортеров.
Судя по эмблеме на рукаве, он работал на главном информационном канале.
– А обсуждаемый слуга Хид, что, тоже потомок? – послышался вопрос другого.
Ингус мысленно похвалил догадливых кторианцев и повернулся к Роху. Советник взирал на него с удивлением и затаенной злостью, а затем с раздражением спросил:
– Обвинение снова занимается домыслами? Как все это связанно с заговором, который вменяют мне?
Ингус не стал поворачиваться спиной к Роху, начав свой рассказ. Произнося каждое слово, он внимательно следил за мимикой советника.
– Уважаемая комиссия, председатель, на этот раз я выступлю в качестве свидетеля.
– Возражений нет, если вам есть, что поведать нам.
Ингус кивнул и занял место свидетеля, назвав свое имя и официальную должность, как положено по процедуре.
– Я учился в академии в то же время, что и Туриан Туш. Тогда он еще являлся одним из претендентов. Рядом с ним было двое постоянных спутников. Спросите любого из выпускников тех лет, и они все, как один, подтвердят мои слова. Это были Варайя Рдах и Дин Рох. Как известно, первая стала ваду императора, второй – советником.
При этих словах Рох сжал губы и предостерегающе посмотрел на Зора. Ингус не собирался отступать, продолжив свою речь:
– Только ленивый бы не заметил соперничества между Турианом и Дином за внимание прекрасной Варайи. Она никому не отдавала предпочтение, но как только Туш был признан владыкой империи, так сразу же согласилась на его предложение руки и сердца.
Ингус сознательно приврал, мысленно прося прощения у Варайи. Позже он обязательно покается и будет готов принять наказание. Так он думал, произнося свою речь, намереваясь еще сильнее наступить на больную мозоль Роха и вывести его из равновесия.
– Подняв архивы дворца, я обнаружил интересный факт. Наставники признавали Дина Роха очень талантливым. Пожалуй, его дар был сравним с даром Туриана. Только случай решил, кто займет место самрая империи. Рох был вынужден отступить, но затаил обиду. Присутствующие здесь главы из совета девяти родов подтвердят, что воочию наблюдали особое отношение советника Роха к ваду Варайе. Особенно после смерти императора.
– Нар Зор, осторожнее! Сейчас вы пытаетесь запятнать честь уважаемой кторианки.
Гневный возглас Роха привел к обратному результату. Ингус был доволен. Репортеры начали что-то нашептывать в свои микрофоны, а главы родов осуждающе посмотрели на советника. Он также понял ошибку, которую совершил, но не стал опровергать свои слова, вовремя сообразив, что сделает только хуже, и закусил губу в бессилии.
– А теперь я выдвину версию, к которой пришел во время расследования. Прошу меня выслушать до конца, не перебивая. Являясь двоюродным братом императора, Нар Рох не мог забыть своего поражения. В какой-то момент он решил устранить Туриана, подстроив крушение. После того, как его личный слуга испортил систему навигации на имперском челноке, советник решил подстраховаться. Не сразу, а через некоторое время. Хид стал бояться за свою жизнь и вполне оправдано. Те, кто работал с ним, указывали на его повышенную нервозность перед исчезновением. Тому есть прямые свидетельства, которые мы представим на рассмотрение комиссии позже. В один прекрасный день Хид вышел по каким-то своим делам и планировал вернуться. Скорее всего нам никогда не удастся достоверно узнать, что именно произошло. Однако факт налицо. Микрочип сработал, слуга получил смертельную дозу яда, а затем наемники из изгоев выполнили свою часть сделки. За возможность обустроить подпольную лабораторию в Михоре, они должны были сделать только одно. Уничтожить шрам, который остается при внедрении микрочипа, и бросить тело Хида в месте, где его не найдут. Так и произошло. Следствию повезло, иначе Хид так и остался бы неизвестным полуразложившимся трупом, обнаруженным совершенно случайно. По стечению обстоятельств, погиб еще один свидетель. Лайн Ирс. Полагаю, советник Рох ничего не знал о нем. Он никогда бы не стал так рисковать, а значит Хид решил связаться с Ирсом по собственной инициативе.