— Из-за меня вы отдали Скипетр.
— Почти.
В ладони мужчины блеснули песочные часы.
— В суматохе я заменил маховик на подделку. Сделал давным-давно, предположил подобную выходку, — первый помощник проследил взглядом полёт птицы, — Хазард и приспешники поймут нескоро. Герцог не умеет пользоваться даром богов и, скорее всего, потратит день-два на изучение. Граница между мирами практически стёрта, путь в остатки королевской библиотеки открыт.
— Олег с ними?
— Да, как ни печально это признавать. Я возлагал на юношу надежды. В той жизни он брал у меня уроки боевой магии и поддерживал нас. Один из немногих, — Астрих глядел вдаль, словно кого-то вспоминал.
Нина глубоко вдохнула. Разговоры о борьбе закончились переходом в стан противника. Расследование, сбор информации, «шпионские» планы обернулись предательством. Виноградов знает привычки, слабости Ракитиной и наверняка расскажет герцогу. Верно говорят, что самый опасный враг — это старый друг.
— Что вы будете делать?
— Исполню свою часть договора. А вы с матерью останетесь в имении. Несмотря на разруху дом безопасен, защитные контуры не пропустят врагов.
Матерью. Достаточно одной, которая живёт в другом районе и с утра до ночи работает на почте. Ракитина смотрела куда угодно, только не на Дашу-Ариадну. Снова на запущенный особняк и машину. Чудо, что в момент пробуждения Скипетра в автомобиле не было водителя. Вырванные с кусками бетона дорожные знаки, сломанные деревья и выбитые стёкла искалечили бы многих. Страшно представить, что ураган сотворил с другими улицами. Крохотный южный городок исчез на границе миров.
— Куда исчезли люди?
— Спят. Я не хотел жертв и, пока мы стояли на крыше, погрузил посторонних в глубокую дрёму.
— Реликвия столь могущественна?
— С ней человек равен покровителю.
— У меня его нет.
— И слава небесам, — сухо произнёс первый помощник, — запомни, боги играют людьми. Обещания сладки, правда горька. Я бы отдал многое, чтобы избавиться от клейма Саваны.
Первый помощник закатал рукав и показал татуировку. Глаза угольно-чёрной виверны блестели, точно Савана слушала беседу и гневалась. Кожа под коготками и шипами покраснела, с жала скользнула капелька крови, точно богиня отомстила за унижение. Ракитиной почудилось, как подрагивают крылья, слышится шипение, и рисунок обретает плоть. На плече сидит живой дракон! Скалит зубки-иглы и бьёт хвостом!
«Здравствуй, Ириния».
Девушка моргнула, и наваждение исчезло.
Вдали ударила молния.
— Спрячьтесь, мне надо идти, — мужчина глядел на стаю потревоженных птиц, — Ариадна, где хранятся лекарства и что взять, ты знаешь.
— Да, помню.
— Вы справитесь? — испугалась Нина.
— Обязан, — он улыбнулся Ракитиной, — выздоравливай.
— Удачи.
Астрих шагал к полю одуванчиков. Пух цеплялся за штанины; золотистые бутоны кивали и словно провожали автоматизатора. Инспектор сжала губы. Вчера — сутулый очкарик и друг, сегодня — её отец из прошлой жизни и хозяин Скипетра Всевластья. Кем станет завтра?
Если это завтра наступит.
Глава 18
Гнев герцога
Олег сжал виски. Воспоминания о прошлой жизни мелькали быстрее картинок калейдоскопа. Вечно занятые родители, до зубовного скрежета скучная гимназия, покушение в день коронации отца, уроки с первым помощником керра Грега. Ярко вспыхнуло последнее: в тронный зал ступает герцог, странно уверенный в себе, а за ним появляется существо. Взгляд, и душа цепенеет от ужаса; прикосновение, и тело охватывает адское пламя. Каждая кость трещит и ломается, будто перемолотая жерновами, в горле застревает беспомощный хрип…
— Он тебе не принадлежит, — Астрих сжал Скипетр.
— Не ожидал, — герцог приземлился на колено, — признаться, я грешил на него, — мужчина кивнул на журналиста.
Боль утихала. Олег, нет, теперь Фаррел огляделся, и слабая улыбка тронула лицо. Отец, керра Катрина Кантур, которую он помнил по институту, учитель атакующей магии и его супруга с дочерью, двух оставшихся принц не знал. Какая сила вдохнула жизнь? Что пробудило от вечного сна?
Мерно вращался маховик, сверкая подобно крохотному солнцу.
Самое главное — зачем?
— Скипетр, — Хазард прижал кинжал к горлу Нины, — не то я перережу ей глотку. Немедленно останови часы и отдай Скипетр.
Фаррел помнил её. Маленькую девочку с рыжими кудрями, украшенными пёстрым бантом в тон платьям. Младший Астери видел её, когда приезжал на тренировки. Керр Астрих чередовал поединки, проводя то в гостевом зале, то на дороге перед грушевым садом. Отдыхая в минутные перерывы, наследник престола наблюдал, как дочь учителя бегает за бабочками. Рядом стоит мать, дальняя родственница принца, и внимательно следит, чтобы маленькая не подходила к борцам. Однажды после занятий Ириния приблизилась к Фаррелу и, улыбаясь, подарила грушу.
Испугана и разбита. Её-то зачем втянули в игры с временем? Что она помнит? Что умеет? Всемогущие покровители! Должны оберегать, а вместо этого управляют, как фигурками на карте! Одних — в авангард, других — в арьергард, и спасайся, как хочешь! Да и он, гениальный сыщик, великолепен. Использовал девушку ради собственной выгоды, едва не затащил в постель. Хорошая плата за доброту первого помощника!
— Зачем тебе дар богов? — керр Астрих оставался спокойным, хотя Фаррел знал, что впечатление обманчиво, — хочешь освободить его, да? Снять печать? Снова выпустить зло, которым нельзя управлять?
— Скипетр даст силу, и я подчиню его. В этот раз я всё просчитал и не повторю ошибки.
— Похвально, но что дальше? Лигурия разрушена. Безлюдная столица в руинах, леса сожжены вплоть до Киврита, земли, скорее всего, захвачены. Кем ты собрался повелевать? — первый помощник прикоснулся к песочным часам, и те замедлились, — ты быстро умер и не увидел, чего натворил твой «подчинённый». Хочешь уничтожить другой мир?
— Я сотру границу между реальностями и превращу этот жалкий городок в великое государство. Племянник уже передал власть, остались пустые формальности.
Фаррел вскинул брови и повернулся к отцу, тот согласно кивнул. В глазах — ни тени сомнения, аура магического давления не ощущалась. Значит, король добровольно отрёкся от власти! Ради кого? Человека, поступки которого разрушили государство? Нет, что-то здесь не так. Монарх вспыльчив, но не глуп. Помнится, он прибыл в фонд среди проверяющих, значит, Хазард «обработал» отца одним из первых.
Принц отчаянно хотел что-нибудь сделать и растормошить венценосного Астери, но чувствовал угрозу. Соверши он безумный поступок, очутится на месте Иринии. Герцог взял бразды правления в руки и решает, кого казнить, а кого миловать. Пусть думает, что младший в правящей династии на его стороне.
— Вряд ли он знает, к чему это приведёт.
— Напрасно тянешь время, — новый король надавил на рукоять, и по шее девушки заскользила алая струя, — её жизнь не стоит гроша.
— Хорошо, — первый помощник сохранял спокойствие, — забирай.
Он протянул Скипетр.
— Шагай! Быстрее!
Герцог толкнул Иринию, но в шаге от соперника остановился:
— Подвох?
— Я не в том положении, чтобы лгать.
— Согласен.
Инспектор дёрнулась, и в ту же секунду Хазард ударил девушку кинжалом. Ариадна побежала к ней, одновременно незнакомая принцу блондинка толкнула с крыши керру Катрину.
Бросив Иринию, мужчина схватил Скипетр и победоносно поднял над головой.
— Наконец-то! Вы больше не нужны!
— Всё же, каверза была.
Керр Астрих сжал какой-то предмет, и троих окутало сияние. Когда свет померк, на крыше остались капли крови и заколка Иринии.
— Как он это сделал? — красавица в ярости топнула, — я проследила! У Астриха нет ничего! Лично проверила, прежде чем мы поднялись!
— Забудь, Алтея, — герцог был не в силах отвести взгляд от жезла. Резьба хранила историю дара богов и сулила равное покровителю могущество, — далеко не убегут.