— Ну давай уже парень. Либо прокляни, либо поблагодари. Только не держи в себе, — хмыкнул Борис.
— Почему вы отказались помочь тем господам? — наконец произнес Самуил.
— А как тебе объяснил это твой отец? — глянув на него, поинтересовался Измайлов.
— Не он отказался им помочь, — отвернувшись буркнул подросток.
— Н-да. Я-то думал, что ты спросишь отчего я выстрелил в тебя.
— Это отец мне объяснил. Вы хотели остановить меня, и стреляли наповал, чтобы я своими криками не навлек беду на всех вас. А потом сами же бросились меня спасать. Но сеньор Педро, его сестра и матушка… Почему вы не помогли им?
— Вообще-то я им помог, разогнав из пушки тех бунтовщиков, что наседали на них.
— Это потом. Но там, в городе… Ведь вы могли.
— Не мог, парень. В том-то и дело, что не мог, — покачав головой, возразил Борис. — Твой отец сразу же принял то, что я могу отдавать приказы, и был готов подчиняться ради спасения своей семьи. Но главное даже не это. Слышал когда-нибудь поговорку — бери ношу по себе, чтобы не падать при ходьбе?
— Да.
— Так вот, вас вывести я еще мог. Причем, все время приходилось присматривать за одним не в меру горячим пареньком. И что бы я делал, когда к нам присоединились бы Педро с Фелисией? Более чем уверен, что этом случае мы не прорвались бы к яхте.
— Но вы пустили их вперед, чтобы они расчистили нам путь.
— Я просто отошел в сторону и не стал им мешать делать то, что заблагорассудится. После чего, воспользовался появившейся возможностью.
— Но если бы мы пошли все вместе…
— То нас всех и зажали бы на том самом молу. И тогда уж никто из нас не спасся бы. Сомнительно, что нашелся бы кто-то, готовый обстрелять нападающих из пушки и разогнать их. А так, спаслись все, — пожав плечами закончил Борис.
— Откуда вы знаете, что они спаслись? — с нескрываемой надеждой поинтересовался Самуил.
— Господи, парень, тебе нужно переживать о твоих близких, а не о каких-то незнакомцах.
— Вы не ответили на мой вопрос.
— Да вон они идут, живы и здоровы, — кивая на приближающуюся по аллее троицу, пояснил Борис.
Он конечно видел их не так долго и при лунном свете. Но во-первых, ночь была светлой. А во-вторых, даром что ли у него развитый дар художника. Так что, узнал без труда.
— Вы уверены? — впившись взглядом в приближающихся даму, девушку и молодого морского офицера, поинтересовался подросток.
— Разумеется я уверен. У меня фотографическая память.
И добавил про себя, что было бы неплохо, если бы у этих аристократов с нею были определенные трудности. Вот никакого желания общаться с задиристыми братцем и сестрицей. Та еще парочка.
— Самуил, стой! — едва ли не выкрикнул Борис.
Ку-уда та-ам. Мальчишка сорвался с места словно камень из пращи и рванул по дорожке. Измайлов попытался было его ухватить за руку, но не преуспел в этом. Не гнаться же за ним, в самом-то деле. Остается только с досады скрипеть зубами.
— Сеньор! Сеньориты! Я так рад, что вам все же удалось спастись! — восторженно и с неподдельной радостью затараторил молодой Арцман.
Ада и Даниил заслышав голос сына, прекратили развлекаться, оставив Еву в обществе с Шанти.
— Самуил, не преставай к сеньорам. Поди сюда, — окликнул сына быстро сориентировавшийся банкир.
— Папа! Мама! Это они! Они спаслись! Неужели вы их не узнаете! — в запальчивости выкрикнул подросток, обернувшись в их сторону.
— Сеньор, мы знакомы? — в удивлении вздернул бровь Педро.
— Молодой человек возможно обознался, — беря офицера под руку, и стараясь увести на боковую аллею, произнесла старшая сеньора, похоже его мать.
— Нет, нет, мама, это они, — возразила девушка, вперившая в Бориса гневный взгляд. — Двое мужчин, женщина, мальчик, девочка и собачка. Никакой ошибки. Негодяи!
— Фелисия, прекрати немедленно. Сеньоры, сеньора, я прошу прощения за выходку моей дочери…
— Погоди, мама, — убирая ее руку, и так же вперив в Измайлова гневный взгляд, произнес офицер.
— Не стоит делать то, о чем возможно придется пожалеть, — спокойным и уверенным тоном произнес Борис.
Он стоял привалившись правым плечом к стволу дерева и скрестив руки на груди.
— Сеньор, я хотел бы знать ваше имя, — приблизившись, и вскинув подбородок, произнес молодой человек.